«В блестящий век Екатерины эстетическая забава и наслаждения получили широкое развитие. Роскошь и великолепие ее общественных пиров и торжеств доходили до степени сказочного азиатского волшебства. Ряд таких блестящих празднеств начался с прибытием императрицы в Москву для коронования. Первый такой большой исторический праздник был назначен на шестой месяц по совершении коронации…»

«Никогда еще ни один из наших драматургов не удостаивался такого „приема“.– Дорогой наш! Пришли? Как мы рады! Куда бы вас посадить? А впрочем, садитесь, куда вам угодно. Все места свободные.Даже швейцары „Славянского базара“ были сконфужены за драматическую литературу…»

Мистический мир ёкаев, неприкаянных духов и загадочных существ всегда притягивал и вызывал трепет.В японском фольклоре страшные истории о сверхъестественном получили название – кайданы.Такие легенды бережно собирал и записывал популярный востоковед Лафкадио Хирн, много лет проживший в Японии.В этой книге собраны интереснейшие из его находок.Кайданы о снежной женщине Юки-онна, чудовищах-людоедах, крошечных самураях и мстительных духах приоткроют дверь в мир потустороннего.В этот сборник вошло 26 легенд с яркими атмосферными иллюстрациями от неподражаемой Draft.Anna, которые открывают мистический мир неприкаянных духов и загадочных существ японской мифологии.

Сентиментальная дилогия о судьбе Розы Кэмпбелл принадлежит перу американской писательницы XIX века Луизы Мэй Олкотт. Составляющие ее повести «Роза и семь братьев» и «Юность Розы» практически не знакомы российским читателям.

«Ярмарка тщеславия» – главное произведение Теккерея, в центре внимания писателя – люди лживые и порочные. Автор полагал, что в доброте нет ничего удивительного, а вот зло очень любопытно и интересно изучать. Как это ни парадоксально, именно на фоне мелочности и эгоизма персонажей Теккерея наиболее ярко и выпукло выглядят идеалы добродетели. Современники Теккерея сочли роман скандальным до неприличия, но это не помешало автору мгновенно после его выхода стать знаменитым. Писатель говорил, что его роман – без героя, в основе повествования лежит история Бекки Шарп, готовой на все, чтобы выбиться из нищеты и стать богатой, респектабельной светской дамой. Все те ухищрения, на которые идет хитроумная Бекки, чтобы добиться желаемого, и сейчас весьма в ходу. Не случайно «Ярмарка тщеславия» была и остается одним из самых популярных в мире произведений.

Guy de Maupassant novelių rinkinys

Populiarioji klasika.Novelių rinkinys. Jeigu pavargote nuo meilės ir "rožių" romanų antplūdžio ar nesibaigiančių TV serialų jeigu dairotės tikrai geros, rimtos atvangą ir malonumą teikiančios knygos, ši serija - jūsų lektūra.

«„Невыразимые“ давали бал. Они взяли у артиллеристов семифунтовик, увили его лаврами, натерли пол для танцев, так что он стал гладким, как лед, приготовили такой ужин, какого никто никогда не едал, и у дверей комнаты поставили двух часовых, поручив им держать подносы с программами. Мой друг, рядовой Мельваней, был одним из этих часовых, так как он принадлежал к числу самых рослых малых в полку. В разгаре танцев часовых освободили, и Мельваней пошел помогать сержанту, который заведовал ужином…»

«Один из моих приятелей сообщил мне описание странного приключения, случившегося с ним во время его путешествия по Италии. Мой приятель не автор и не умеет рассказывать красно и витиевато; желаю, чтоб интерес самого происшествия заменил для моих читателей красоту рассказа. Повторяю, мой приятель не автор, но простой путешественник, турист, для очистки совести принявшийся за перо…»

«На нынешней неделе праздновалась столетняя годовщина первого представления первой русской комедии, положившей такое достославное основание драматической сатире в России. Можно даже сказать, не отрицая заслуг «Ябеды», что от «Недоросля» до «Горя от ума» («Ревизор» явился позднее) не было сатирического произведения, которое бы по таланту, по критической меткости, а главное – по своему воздействию на общество равнялось с знаменитым произведением Фонвизина…»

XIXa. prancūzų literatūros klasiko satyrinis-psichologinis romanas. Jo herojė, tyros širdies ir nesugadintos prigim ties jauna moteris, trokšta žmogiškos šilumos ir didelės meilės, bet jos laimę griauna savo egoistiniais siekim ais ir tėvas, nevykėlis aristokratas, ir vyras, biznio vergas, ir mylimasis, laisvas paukštis bonvivanas.

Genialiojo prancūzų rašytojo Gi de Mopasano novelės apie meilę, apie grožį, apie gyvenimą... Negali jų skaityti nesijaudindamas, nes tai ne tik rašytojo personažų gyvenimas, bet ir mūsų švelniosios ir liūdnosios akimirkos.

Генрік Сенкевич (1846—1916) – визначний польський письменник, лауреат Нобелівської премії 1905 року. Найбільшу популярність серед творів Сенкевича здобув роман «Quo vadis» (1896), в якому змальована широка картина Риму часів панування Нерона (І ст. н. е.). Це розповідь про перші роки становлення християнства, про діяння апостолів Петра і Павла, а також романтична історія кохання римського аристократа і переслідуваної властями християнки. «Quo vadis» Генріка Сенкевича по праву вважається світовою класикою історичного роману, він був неодноразово екранізований і перекладений більш ніж 50 мовами.

Предлагаем вниманию читателей новеллы знаменитого американского писателя Эдгара Аллана По.Полный неадаптированный текст новелл снабжен комментариями и словарем. Для студентов языковых вузов и всех любителей англоязычных детективов.

«Ну, годочкиБерутъ свое… Вѣдь мнѣ за пятьдесятъ,Прекрасная графиня!.. Я, бывало,Какъ съ графомъ были мы въ Святой Землѣ,Одинъ ходилъ на шестерыхъ невѣрныхъ…Теперь – дай Богъ убрать и четверыхъ!А все-таки – не хвастаюсь, мадонна! —Изъ вашихъ вѣрныхъ латниковъ никтоПомѣряться со мной не въ состояньи.Молокососъ народъ! До стариковъИмъ далеко: мы крѣпкаго закала,Надежной ковки…»Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Ах, мороз, морозец,Молодец ты русский,Ходишь в рукавицахДа в овчинной шапке…»

Сочетая точность репортера, фантазию романтика и мудрость философа, Киплинг пишет о вечных проблемах – любви и свободе, войне и мире, противостоянии Востока и Запада.Рассказ «Ворота ста печалей» возник из самого ординарного репортажа о курильщиках опиума, помещенного на страницах газеты за семь месяцев до опубликования рассказа.

Герой рассказа А. Григорьева, усталый и больной, приезжает в некий провинциальный город. Не в силах следовать дальше, он останавливается в гостинице, где случайно узнает, что в городке есть театр и в нем сегодня дают «Гамлета».«…Отчего же и мне не пойти в театр? ведь уж все равно; я столько раз был терзаем разными профанациями бессмертной трагедии, что быть еще раз истерзанным вовсе ничего не значит. Решено – иду в театр».

«…С 1823 года начала ходить по рукам публики рукописная комедия Грибоедова «Горе от ума». Она наделала ужасного шума, всех удивила, возбудила негодование и ненависть во всех, занимавшихся литературою ex officio, и во всем старом поколении; только немногие, из молодого поколения и не принадлежавшие к записным литераторам и ни к какой литературной партии, были восхищены ею. Десять лет ходила она по рукам, распавшись на тысячи списков: публика выучила ее наизусть, враги ее уже потеряли голос и значение, уничтоженные потоком новых мнений, и она явилась в печати тогда уже, когда у ней не осталось ни одного врага, когда не восхищаться ею, не превозносить ее до небес, не признавать гениальным произведением считалось образцовым безвкусием. И вдруг в одном петербургском журнале, в 1835 году, какой-то… критик объявил, что «Горе от ума» такое слабое произведение, что хуже даже «Недовольных»…»

«…Итак, что такое балаган и что такое образованность?Мы имеем смелость думать, что всякий серьезный писатель обязан говорить чрезвычайно осторожно о «балагане», принимая слово это в общем смысле. Балаган имеет такую длинную, почетную и благородную историю, какой может позавидовать любое театральное ведомство, как бы не поражало оно роскошнейшими зданиями и невообразимо дорогой администрацией. Нет надобности напоминать при этом, что Мольер почерпнул в балагане не только свою язвительную веселость, но и множество лиц, увековеченных им на сцене, так же как нет надобности говорить и о близком родстве, существующем между балаганом и Шекспиром. Горе вообще тому театру, который вышел не из балагана: он лишен лучшего диплома на почетное существование…»

«Угрюмый осенний вечер мрачно смотрел в одинокое окно моей мрачной берлоги. Я не зажигал мою рублевую экономическую лампу, потому что в темноте гораздо удобнее проклинать свою темную жизнь или бессильно мириться с ее роковыми, убивающими благами… И без тусклого света этой лампы я слишком ясно видел, что чтo умерло, то не воскреснет…»