fb2Одна из самых актуальных сегодня пьес Брехта. «Господин Пунтила и слуга его Матти» создана по рассказам и наброскам финской писательницы Хеллы Вуолийоки. В центре истории – самодур Пунтила, богатый финский землевладелец. Он добр, приветлив и щедр – пока пьян. Но стоит ему протрезветь, как он тут же становится жестоким, эгоистичным и расчетливым. В форму бесшабашной комедии Брехт облекает свои рассуждения о природе власти.
Перед вами первый роман великой Симоны де Бовуар – писательницы, феминистки, жены Жан-Поля Сартра.
Роман этот не автобиография, но автобиографические черты в нем, безусловно, присутствуют. Симона, как и ее героиня Франсуаза, была частью треугольника – они с Сартром проповедовали свободные отношения, и в книге нашла отражение история их романа с сестрами Козакевич, одной из которых и посвящена «Гостья».
Но любители «пикантных сцен» будут разочарованы: «Гостья» – прежде всего о любви и ревности, о том, как сохранить себя, свою внутреннюю свободу. Написанный в конце 30-х годов прошлого века, полный неповторимой атмосферы предвоенного Парижа, роман и сейчас невероятно актуален и будет актуален, пока люди любят, ревнуют, находят и предают друг друга.
На графских землях наступили жуткий голод и бедность, ставящие жизнь крестьян под угрозу. Молодая Графиня Кэтлин, образчик христианской добродетели, пытается всем помочь, не жалея никаких денег. Но вот появляются двое неизвестных. Одетые как восточные купцы, своими хитрыми речами они привлекают всеобщее внимание, обещают деньги нищим и голодным за простейшую вещь, которая есть у каждого бедняка… За их душу! Купцы оказываются бесами, посланными собирать урожай и наживаться на человеческом несчастье. И Кэтлин приходится принести себя в жертву бесам, чтобы спасти свой народ от вечных мучений после смерти.
«Грозовой перевал» – единственный роман английской писательницы и поэтессы XIX века Эмили Бронте. Произведение, которое изменило представление о романтической прозе и завоевало статус классического готического романа в английской литературе.
Роковая страсть Хитклифа, приемного сына владельца поместья «Грозовой перевал», к дочери хозяина Кэтрин – завораживающее и устрашающее чувство, которое раскрывает тайны человеческой души.
Это роман о любви и ненависти, предательстве и дружбе, мести и прощении. Его действие разворачивается на фоне загадочных и мрачных явлений природы, которые помогают лучше передать состояния героев и те страсти, что бушуют в их душах и поражают своей силой даже искушенного современного читателя.
Издание органично дополняют классические иллюстрации Чарльза Брока.
Это история роковой любви Хитклифа, приемного сына владельца поместья «Грозовой Перевал», к дочери хозяина Кэтрин. Демоническая страсть двух сильных личностей, не желающих идти на уступки друг другу, из-за чего страдают и гибнут не только главные герои, но и окружающие их люди. «Это очень скверный роман. Это очень хороший роман. Он уродлив. В нем есть красота. Это ужасная, мучительная, сильная и страстная книга», – писал о «Грозовом Перевале» Сомерсет Моэм.
…Если бы старый Эрншо знал, чем обернется для его семьи то, что он пожалел паренька-простолюдина и ввел его в свой дом, он убежал бы из своего поместья куда глаза глядят. Но он не знал – не знали и другие. Не знала и Кэтрин, полюбившая Хитклифа сначала как друга и брата, а потом со всей пылкостью своей юной натуры. Но Хитклифа не приняли в семье как равного, его обижали и унижали, и он долго терпел. А потом решил отомстить. Он считает, что теперь все, кто так или иначе связан с семьей Эрншо, должны страдать, причем гораздо больше, чем страдал он. В своей мести он не пощадит никого, даже тех, кто к нему добр. Даже любящую его Кэтрин…
«В десять часов вечера горничная Фелисия ушла с черного хода вместе с полисменом покупать малиновое мороженое на углу. Она терпеть не могла полисмена и очень возражала против такого плана. Она говорила, и не без основания, что лучше бы ей позволили уснуть над романом Сент-Джорджа Ратбона в комнате третьего этажа, но с ней не согласились. Для чего-нибудь существуют на свете малина и полицейские…»
«Да здравствует фикус!» (1936) – горький, ироничный роман, во многом автобиографичный.
Главный герой – Гордон Комсток, непризнанный поэт, писатель-неудачник, вынужденный служить в рекламном агентстве, чтобы заработать на жизнь. У него настоящий талант к сочинению слоганов, но его работа внушает ему отвращение, представляется карикатурой на литературное творчество. Он презирает материальные ценности и пошлость обыденного уклада жизни, символом которого становится фикус на окне. Во всех своих неудачах он винит деньги, но гордая бедность лишь ведет его в глубины депрессии…
Комстоку необходимо понять, что кроме высокого искусства существуют и простые радости, а в стремлении заработать деньги нет ничего постыдного. Что же спасет его?
Реймонд Карвер – классик американской литературы XX века, выдающийся мастер короткой формы, наследник Хемингуэя, Фолкнера и Чехова. Его называли минималистом и «грязным реалистом», однако «в его рассказах всегда есть уникальная странность, отзвуки мифа» (Los Angeles Times). Он несколько раз получал премию О. Генри, выходил в финал Национальной книжной премии США и Пулицеровской премии, Роберт Олтмен поставил по его рассказам фильм «Короткий монтаж» (в ролях Энди Макдауэлл, Джек Леммон, Джулианна Мур, Роберт Дауни-мл., Тим Роббинс, Том Уэйтс), получивший «Золотого льва» на Венецианском кинофестивале, а сюжет снятого одним непрерывным дублем четырежды оскароносного «Бёрдмена» Алехандро Гонсалеса Иньярриту (в ролях Майкл Китон, Эдвард Нортон, Эмма Стоун, Наоми Уоттс) строится вокруг переноса на бродвейские подмостки рассказа Карвера «О чем мы говорим, когда говорим о любви». Данное издание содержит два полных авторских сборника мастера и ряд дополнительных материалов; большинство рассказов публикуются на русском впервые или в новых переводах, остальные – в новой редакции.
«Карверовская Америка затуманена утратой мечты и болью, но не так хрупка, как может показаться на первый взгляд. Личная катастрофа для его героев – норма жизни» (The New York Times Book Review).
«Даниэль Деронда» – роман выдающейся английской писательницы Джордж Элиот (англ. George Eliot, 1819-1880). *** Участь Гвендолин незавидна: живя в браке без любви, она жестоко страдает, пока на ее пути не встречается Даниэль Деронда… Другими знаменитыми произведениями писательницы являются романы «Миддлмарч», «Сайлес Марнер», «Ромола» и «Феликс Холт, радикал». Джордж Элиот, настоящее имя которой – Мэри Энн Эванс, является автором всемирно известных книг о превратностях человеческой судьбы.
Лихие ирландцы Моллои, с присущим им обаянием и темпераментом, планируют мгновенно разбогатеть, сыграв на легендарной жадности и мнительности богача Лестера Кармоди, оказавшегося в когтях их клана…
В этой книге собраны самые трогательные произведения всемирно известных авторов, посвященные волшебному времени зимних праздников. В них двое влюбленных из маленькой восьмидолларовой квартирки в большой американском городе одарят друг друга величайшими сокровищами, а глупого черта в ночь перед Рождеством кто-то дернет украсть Месяц прямо над хатой кузнеца из Диканьки… Где Снежная Королева опять увезет в своей упряжке мальчика с сердцем-льдинкой, а заколдованный принц проскачет по елочной гирлянде прямиком во дворец Мышиного короля… Где восковый ангелочек растает до утра, оставив место чуду только в снах, а настоящее чудо совершит безымянный доктор…
«Макс Берлянт – обкуренная трубка. Он ездит из Лодзи в Москву и из Москвы в Лодзь несколько раз в году. Он знаком со всеми буфетчиками на вокзалах, в приятельских отношениях со всеми кондукторами, бывал уже и в глубинных губерниях, где евреям разрешается оставаться не более двадцати четырех часов, истекал потом во всех полицейских участках, натерпелся в пути немало издевательств, не раз огорчался и досадовал – и все из-за еврейства. То есть не из-за того, что еврейство существует, а потому что сам он, извините, еврей. И даже не столько потому, что он еврей, сколько оттого, что выглядит он, простите, как еврей. «По образу и подобию божьему» – ох уж этот мне «богоподобный образ»! Глаза черные, блестящие, волосы тоже черные, блестящие настоящие семитские волосы, а уж акцент, настоящий еврейский выговор – с гортанной буквой «р», и ко всему тому – нос! Ох и нос!..»
Рассказ впервые напечатан в еврейской ежедневной газете «Дер вег» («Путь»), Варшава, 1905.
Эмили Дикинсон (1831–1886) родилась в Амхерсте (штат Массачусетс) и прожила там недлинную и малоприметную жизнь. Написав около двух тысяч стихотворений и великое множество писем, она осталась не замеченной и не узнанной современниками. Только XX век смог распознать в ней гениального поэта, но сравнить её по-прежнему не с кем.
На русский язык стихи Э. Дикинсон начала переводить Вера Маркова. С тех пор к ним обращались уже многие переводчики. Переводы Татьяны Стамовой отдельной книгой выходят впервые.
«Два мертвеца» – юмористический рассказ знаменитого еврейского писателя Шолом-Алейхема, написанный в честь праздника пурим для всех веселых бедняков и полных надежд жизнерадостных нищих.
Жюль Верн создал в литературе новое направление – научную фантастику, и предсказал многие открытия: изобретение самолета, телевидения, космические полеты. Пророческий взгляд писателя, его изобретательность и умение в красках представить читателю самые невероятные ситуации и сюжетные перипетии – все это послужило благодатной почвой для многочисленных киноадаптаций, достойных больших экранов.
«Двадцать тысяч лье под водой» – научно-фантастический роман о кругосветном плавании Капитана Немо и пассажиров подводной лодки «Наутилус». Невероятная и волнующая история приключений в подводном мире, полная самых захватывающих событий.
Капитан Немо и его корабль «Наутилус» превратился в легенду. Их фантастические приключения зовут читателя за собой! Каково это – жить под водой? Чем грозит встреча с невиданной подводной лодкой? Герои романа посещают острова Новой Гвинеи, добывают жемчуг, встречают акул в Индийском океане, находят загадочную Атлантиду…
Новеллы Стефана Цвейга. Золотая классика европейского психологического реализма начала XX века.
Их экранизировали гении европейского и американского кино времен его «золотого века»: Роберт Ланд и Макс Офюльс, Этьен Перье и Роберт Сьодмак.
На них выросли поколения европейских и российских читателей.
Каждая из этих новелл и сейчас восхищает, повергает в ярость, заставляет спорить с автором и его героями, любить их и ненавидеть, осуждать и прощать.
Секрет подобного «нестарения» новелл Цвейга прост – автор неизменно писал о страсти. О неконтролируемой, исступленной, болезненной любви, не важно, к мужчине или к женщине, к родителям или к книгам, к деньгам или к игре, к приключениям или к власти над другими.
Есть чувства и желания, которые не меняются никогда. И Цвейг, как никто, умел описать их…
«…Он жил в огромной светлой квартире-студии с трехметровым диваном, и после того, как она выпила кофе, а он стакан виски, его рука скользнула по ее плечу.
– Почему я должна целовать вас? – спросила она. – Я ведь вас едва знаю. И кроме того, вы ведь помолвлены.
– Не обращай внимания. Ей это безразлично.
– Нет, но все же.
– Ты славная девочка.
– Да, но не полная идиотка.
– Хорошо, продолжай быть просто славной девочкой…»
«– Смотрите – видали ботиночки? – сказал Билл. – Двадцать восемь монет.
Мистер Бранкузи посмотрел.
– Неплохие.
– На заказ шиты.
– Я и так знаю, что вы франт, каких мало. Не за этим же вы меня звали?
– Совсем даже не франт. Кто сказал, что я франт? – возмутился Билл. – Просто я получил хорошее воспитание, не то что иные прочие в театральном мире.
– И еще, как известно, вы красавец писаный, – сухо добавил Бранкузи.
– Конечно. Уж не вам чета. Меня девушки принимают за актера… Закурить есть? И что самое главное, у меня мужественный облик, чего уж никак не скажешь про здешних мальчиков…»
Книга также выходила под названием «Злом зла не поправишь».
«Дени де Болье не минуло еще двадцати двух лет от роду, но он считал себя вполне взрослым и совершенным кавалером. В те грубые, воинственные времена мужчины рано развивались. Если юноша участвовал хотя в одном правильном сражении или в десятке набегов и успел кого-нибудь убить приличным образом, если при этом он мог поговорить о военном искусстве и усвоил обычные манеры людей своего круга, то его и взаправду считали «совершенным кавалером» и легко прощали невинное фанфаронство – стремление казаться старше своих лет…»
«…Поезд быстро катился по рельсам, а маленькая путешественница тихо плакала в уголке под своей креповой вуалью. Ее сердце было переполнено печалью и негодованием. Школьная жизнь, с ее строгими ограничениями и возможными наказаниями, была ей отвратительна. Девочке казалось, что поезд несет ее из прежней вольной жизни в настоящую тюрьму, и тюрьму эту она заранее ненавидела всей душой.
Всего три месяца назад не было на свете девочки счастливее и жизнерадостнее Эстер Торнтон. У нее была мама, которая умело руководила своей живой и впечатлительной дочкой, добиваясь от нее любовью и лаской всего, чего хотела. Господь призвал к себе этого доброго ангела. Эстер и крошка Нэнси остались сиротами…»