Дневники М. М. Богословского (1867–1929), одного из виднейших представителей московской школы историков, ученика и преемника В. О. Ключевского на кафедрах русской истории в Московском университете и Духовной академии, впервые публикуются в полном объеме. Основу составляют ежедневные записи с июля 1915 г. по ноябрь 1917 г., публикуются также сохранившиеся фрагментарные записи 1913 г. и дневник за два месяца 1919 г. Многочисленные сведения о событиях и лицах, с которыми М. М. Богословского сталкивала судьба, стремление вписать свои наблюдения в контекст русской истории делают его дневники ценнейшим историческим источником, важным для понимания университетской и интеллигентской среды в эпоху кризиса всех традиционных ценностей. Дневниковые записи позволяют также лучше понять внутренний мир крупного ученого, его мировоззрение, оценить его вклад в историческую науку и вместе с тем ощутить обаяние его личных, человеческих качеств. Для историков и всех интересующихся отечественной историей.

Восемь тетрадей дневников одного из самых значительных деятелей Церкви XX столетия, проповедника и богослова протоиерея Александра Шмемана (1921-1983) – не «простая регистрация событий последних десяти лет его жизни», но возможность «оставаться хоть на краткое время наедине с самим собой», «не раствориться без остатка в суете». Все явления повседневности, многочисленные впечатления, собственная жизнь, литература и политика соотносятся о. Александром с высшими ценностями, подвергаются религиозному осмыслению. Разносторонность интересов о. Александра, глубина и тонкость суждений делают его «Дневники» интересными самым разным кругам читателей.

Восемь тетрадей дневников одного из самых значительных деятелей Церкви XX столетия, проповедника и богослова протоиерея Александра Шмемана (1921-1983) – не «простая регистрация событий последних десяти лет его жизни», но возможность «оставаться хоть на краткое время наедине с самим собой», «не раствориться без остатка в суете». Все явления повседневности, многочисленные впечатления, собственная жизнь, литература и политика соотносятся о. Александром с высшими ценностями, подвергаются религиозному осмыслению. Разносторонность интересов о. Александра, глубина и тонкость суждений делают его «Дневники» интересными самым разным кругам читателей.

Сенсационная публикация личных дневников Л. П. Берии за 1938–1953 гг. с комментарием Сергея Кремлёва вызвала не только яростные споры в Интернете, но и бурную реакцию исторического официоза, поспешившего объявить эти записи «подделкой» и «мистификацией», а их публикатора — «фальсификатором».Подняв брошенную перчатку, Кремлёв принимает встречный бой — и не только отбивает все атаки обвинителей, не оставляя камня на камне от их «доводов» и предоставив новые доказательства подлинности дневников Берии, но сам переходит в наступление против кремлевского агитпропа, уличая «членкорскую мафию» в сознательной фальсификации советской истории, подлоге великой Сталинской эпохи и намеренном очернении ближайшего соратника Вождя:«Возглавляя НКВД Верил много внимания уделил организации архивного дела, постоянно подчеркивая, что без документов нет архивов, без архивов нет истории, а без истории нет будущего. Берия исторические архивы создавал. Клеветники на Берию исторические архивы уничтожают, И подменяют документы фальшивками вроде «Катынского дела…» «Сталин и Берия приняли Россию с сохой, а оставили с атомной бомбой. Нынешний режим оставит нас не только без ядерного щита, но даже без сохи…»

Новая книга от автора бестселлера «Виктор Суворов прав! Сталин проиграл Вторую Мировую войну!». Самое неожиданное подтверждение суворовских открытий — из уст главного сталинского палача, со страниц недавно опубликованных дневников Л. П. Берии! Дмитрий Винтер обращает эту исповедь мясника против самих кремлевских людоедов. Оказывается, дневники Берии доказывают правоту Виктора Суворова! Сам того не желая, сталинский нарком подтверждает гипотезы историков-«резунистов» и проговаривается о тайных планах Вождя по завоеванию Европы и подлинных причинах катастрофического разгрома Красной Армии в 1941 году! Не верите? Читайте эту сенсационную книгу!

Настоящее издание включает все дневники и записи дневникового характера, сделанные Троцким в период 1926-1940 гг., а также письма, телеграммы, заявления, статьи Троцкого этого времени, его завещание, написанное незадолго до смерти. Все материалы взяты из трех крупнейших западных архивов: Гарвардского и Стенфордского университетов (США) и Международного института социальной истории (Амстердам). Для студентов и преподавателей вузов, учителей школ, научных сотрудников, а также всех, интересующихся политической историей XX века.

Предлагаемое первое полное издание дневников Николая II позволяет реконструировать пространство контактов последнего русского императора во всем его многообразии. В ежедневных записях автор называет более тысячи лиц, проживавших как в Российской империи, так и за границей, в том числе своих родственников, фигур из ближайшего окружения, придворных, государственных деятелей, представителей мира культуры и науки и даже просто случайных обывателей или простых людей, по стечению обстоятельств обративших на себя государево внимание. Публикация дневников позволяет начать работу кропотливую, далеко не всегда с гарантией на успех, по уточнению многих из них, а также по выявлению гораздо более широкого круга не поименованных Николаем II людей, о которых он пишет на страницах своих дневников.ВНИМАНИЕ! Данная электронная книга представляет собой компиляцию дневников Николая II за 1894-1896 и 1904 гг., найденных в компьютерной сети Iнтернетъ, и не имеет отношения к книге издательства «Российская политическая энциклопедия» (2011 г.).* * *«Это не дневник, это история болезни. Вернее, сама болезнь. Воля ваша: проводите экспертизы, верьте на слово, но опыт, здравый смысл и профессиональные навыки говорят мне, что император Николай Второй был олигофреном. Попросту — умственно отсталым. Его психика застыла на уровне гимназиста третьего–четвёртого класса. Гонять ворон, кататься на велосипеде или смотреть „Таинственную руку“ ему, взрослому мужчине, куда интереснее, нежели заниматься государственными делами.Да и не мог он заниматься государственными делами. Ну, примет доклад, ну, почитает документы, но ситуацией в стране он не владеет и распоряжений толковых отдать не может. […]Разумеется, ставить в личную вину Николаю Второму то, что он был умственно отсталым, нельзя. Это не вина его, а беда. Виновато самодержавие — строй, при котором ключевую должность годами занимает явно не пригодный к ней человек».В. П. Щепетнёв, «Свидетельствует царь», 2012

Николай II (18[6].05.1868–16/17.07.1918) с 9 лет начал вести дневник. В архиве (рукописные оригиналы находятся в так называемом Новоромановском архиве) хранятся 50 объёмистых тетрадей — подлинник дневника за 1882–1918 гг. Часть их была опубликована и переведена в электронный вид, каждая тетрадь представлена в виде отдельного PDF-файла с электронными закладками по годам, месяцам и датам. Личные дневники Николая II хранятся в фонде 601 Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ). Личные дневники Николая II являются одними из наиболее востребованных исторических материалов.Публикация отрывков из дневников Николая II началась одновременно в «Правде» и «Известиях ВЦИК» вскоре после расстрела царской семьи — 9 августа 1918 г.(Из русской «Вiкiпедии»)ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕДанная электронная книга представляет собой компиляцию дневников Николая II за 1905–1907 и 1913–1918 годы, найденных в компьютерной сети Iнтернетъ, и не имеет отношения к книгам издательств «Захаров» (2007 г.) и «Российская политическая энциклопедия» (2011 г.).* * *«Это не дневник, это история болезни. Вернее, сама болезнь. Воля ваша: проводите экспертизы, верьте на слово, но опыт, здравый смысл и профессиональные навыки говорят мне, что император Николай Второй был олигофреном. Попросту — умственно отсталым. Его психика застыла на уровне гимназиста третьего–четвёртого класса. Гонять ворон, кататься на велосипеде или смотреть „Таинственную руку“ ему, взрослому мужчине, куда интереснее, нежели заниматься государственными делами.Да и не мог он заниматься государственными делами. Ну, примет доклад, ну, почитает документы, но ситуацией в стране он не владеет и распоряжений толковых отдать не может. […]Разумеется, ставить в личную вину Николаю Второму то, что он был умственно отсталым, нельзя. Это не вина его, а беда. Виновато самодержавие — строй, при котором ключевую должность годами занимает явно не пригодный к ней человек».В. П. Щепетнёв, «Свидетельствует царь», 2012

Николай II (18[6].05.1868–16/17.07.1918) с 9 лет начал вести дневник. В архиве (рукописные оригиналы находятся в так называемом Новоромановском архиве) хранятся 50 объёмистых тетрадей — подлинник дневника за 1882–1918 гг. Часть их была опубликована и переведена в электронный вид, каждая тетрадь представлена в виде отдельного PDF-файла с электронными закладками по годам, месяцам и датам. Личные дневники Николая II хранятся в фонде 601 Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ). Личные дневники Николая II являются одними из наиболее востребованных исторических материалов.Публикация отрывков из дневников Николая II началась одновременно в «Правде» и «Известиях ВЦИК» вскоре после расстрела царской семьи — 9 августа 1918 г.(Из русской «Вiкiпедии»)ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕДанная электронная книга представляет собой компиляцию дневников Николая II за 1905–1907 и 1913–1918 годы, найденных в компьютерной сети Iнтернетъ, и не имеет отношения к книгам издательств «Захаров» (2007 г.) и «Российская политическая энциклопедия» (2011 г.).* * *«Это не дневник, это история болезни. Вернее, сама болезнь. Воля ваша: проводите экспертизы, верьте на слово, но опыт, здравый смысл и профессиональные навыки говорят мне, что император Николай Второй был олигофреном. Попросту — умственно отсталым. Его психика застыла на уровне гимназиста третьего–четвёртого класса. Гонять ворон, кататься на велосипеде или смотреть „Таинственную руку“ ему, взрослому мужчине, куда интереснее, нежели заниматься государственными делами.Да и не мог он заниматься государственными делами. Ну, примет доклад, ну, почитает документы, но ситуацией в стране он не владеет и распоряжений толковых отдать не может. […]Разумеется, ставить в личную вину Николаю Второму то, что он был умственно отсталым, нельзя. Это не вина его, а беда. Виновато самодержавие — строй, при котором ключевую должность годами занимает явно не пригодный к ней человек».В. П. Щепетнёв, «Свидетельствует царь», 2012

Произнося сказочное слово Африка, мы вспоминаем славное имя Давида Ливингстона (1813–1873) – шотландского медика, христианского миссионера и неутомимого путешественника. В своем знаменитом манифесте 1853 года он определил свое жизненное кредо так: «Я открою Африку или погибну». Сбылось и то, и – увы! – другое.В общей сложности Ливингстон затратил на осуществление своей мечты 32 года, то есть почти три четверти взрослой жизни. Преодолел, большей частью пешком, 50 000 (!) километров через джунгли и горы Центральной и Южной Африки, в том числе совершил беспримерный трансафриканский переход от Атлантического до Индийского океана, открыл крупнейший в мире водопад Виктория, исследовал бассейн Замбези, искал истоки Нила… Когда он пропал в дебрях Черного континента, на его поиски были снаряжены сразу несколько экспедиций. И когда удачливый американский газетчик Стенли отыскал больного Ливингстона, весь мир вздохнул с облегчением. А сам Генри Мортон Стенли не только прославился этой «находкой», но и стал выдающимся исследователем Африки.«Гораздо легче совершать путешествие, чем описывать его». Ливингстон знал, что говорит: в 1857 году он издал книгу – «Путешествия и исследование миссионера в Южной Африке». Она тут же разошлась тиражом в 70 000 экземпляров, заняв в истории издательского дела такое же выдающееся место, как и в истории географических открытий.Великий первопроходец, пересекший Черный континент с запада на восток, Ливингстон был прежде всего выдающейся личностью. Он превосходил своих современников и коллег так, как открытый им водопад Виктория превосходит другие водопады. Почти треть века рискуя жизнью в неизведанных африканских дебрях, он сказал об этом просто: «Лучшая гарантия безопасности – достойное поведение».Африканцы любили «Великого Льва» – так они называли Ливингстона – за то, что он их понимал, уважал, защищал от работорговцев и никогда не обманывал. Прославленный исследователь Африки и неутомимый миссионер, он нес свет и дух христианства туда, куда христиане-работорговцы уже принесли мрак и отчаяние.С ним дружили и ему доверяли вожди местных племен. Он отдал Африке свое сердце – и потому оно по праву было похоронено в Читамбо – там, где он умер. А забальзамированное тело было доставлено в Великобританию и погребено в Вестминстерском аббатстве спустя почти год после смерти. На его надгробии высечены слова: «Перенесенный верными руками через сушу и море, покоится здесь Давид Ливингстон, миссионер, путешественник и друг человечества». Тогда же были опубликованы «Последние дневники Давида Ливингстона». Они еще лучше, чем прижизненные книги, передают дух эпохи и личность автора, еще полнее описывают время и место – Африку 1860-х годов – во всем ее трагическом и противоречивом великолепии. Дневник последнего путешествия Ливингстона – это и отчет о текущих событиях, и подробная автобиография, и послесловие к великой судьбе.Электронная публикация последних дневников Давида Ливингстона включает все тексты бумажной книги и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Бумажное издание богато оформлено: в нем более 250 иллюстраций, в том числе редчайших. Издание напечатано на прекрасной офсетной бумаге. По богатству и разнообразию иллюстративного материала книги подарочной серии «Великие путешествия» не уступают художественным альбомам. Издания серии станут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, будут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.

Каждый шаг в неизведанное опасен – эту истину знает каждый. Но на себе, как на подопытных добровольцах, ее испытывают немногие. И в первых рядах этих немногих – путешественники и первопроходцы.Капитан Роберт Фалкон Скотт (1868—1912) – фигура великая и трагическая даже по строгим меркам суровых полярных исследователей. Не в переносном, а в буквальном смысле он положил жизнь на достижение Южного полюса Земли. Соревнуясь с экспедицией Руаля Амундсена, Скотт с товарищами дошли до полюса, обнаружили там норвежский флаг – и погибли на обратном пути.Мужество отличается от храбрости, как сила от усилия, как любовь от влюбленности, как справедливость от отмщения. Только один пример: отморозивший ноги капитан Оутс, чтобы не задерживать товарищей, «пропал без вести»: вышел из палатки и не вернулся.Да, они не стали первыми – они стали единственными. Была ли их жертва напрасной? Истина проста: мы с детства воспитываемся на примерах. Какие примеры нужнее человеку: стяжательства и конформизма – или благородства и подвига? В наследство от капитана Скотта благодарным потомкам достался высокий пример силы человеческого духа, а внимательным и чутким читателям – путевые дневники и прощальные письма, книги, способные не только увлечь захватывающими описаниями полярной романтики, но и тронуть наше сердце и нашу душу. Замерзая в одиннадцати милях от базового лагеря, до которого он так и не дошел, свое прощальное письмо жене Скотт начал словами: «Моей вдове»…В эту публикацию вошли путевые дневники и прощальные письма великого первопроходца – его завещание потомкам. Завещание, к которому можно добавить только слова Теннисона, высеченные на могиле отважного полярника: «Бороться и искать, найти и не сдаваться». Биографические очерки об авторе этой книги и его преданном помощнике в первой полярной экспедиции Э. Шеклтоне, дополнившие основной текст, расширяют панораму событий и помогают лучше почувствовать время и место, обстоятельства и людей, стиравших белые пятна с карты мира.Электронная публикация включает все тексты бумажной книги Роберта Скотта и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Сотни цветных и черно-белых фотографий, картин, рисунков непосредственных участников экспедиции, карты маршрутов и документы эпохи позволяют наглядно представить все то, о чем рассказывает книга. Это издание, как и все книги серии «Великие путешествия», напечатано на прекрасной офсетной бумаге и элегантно оформлено. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.

Книга является комплексным исследованием писательских дневников. Анализируется жанровая структура дневника: его функция, типология, метод, стиль и т. д. Вводится в научный оборот большой материал, ранее не входивший в поле зрения исследователей. Наряду с дневниками классиков литературы XIX века (В.А. Жуковский, А.С. Пушкин, Л.Н. Толстой) исследуются дневники писателей «второго» ряда (М.П. Погодин, А.С. Суворин). Отдельная глава посвящена дневникам круга Л. Толстого (С.А. Толстая, Т.Л. Сухотина, Д.П. Маковицкий, В.Ф. Булгаков).Для филологов, культурологов, историков, преподавателей, студентов.

Дневники М. М. Богословского (1867–1929), одного из виднейших представителей московской школы историков, ученика и преемника В. О. Ключевского на кафедрах русской истории в Московском университете и Духовной академии, впервые публикуются в полном объеме. Основу составляют ежедневные записи с июля 1915 г. по ноябрь 1917 г., публикуются также сохранившиеся фрагментарные записи 1913 г. и дневник за два месяца 1919 г. Многочисленные сведения о событиях и лицах, с которыми М. М. Богословского сталкивала судьба, стремление вписать свои наблюдения в контекст русской истории делают его дневники ценнейшим историческим источником, важным для понимания университетской и интеллигентской среды в эпоху кризиса всех традиционных ценностей. Дневниковые записи позволяют также лучше понять внутренний мир крупного ученого, его мировоззрение, оценить его вклад в историческую науку и вместе с тем ощутить обаяние его личных, человеческих качеств. Для историков и всех интересующихся отечественной историей.

Эта книга посвящена обзору военно-политической бури, начавшейся в арабском мире более пяти лет тому назад и не вполне затихшей до сих пор. Не заметить этот бешеный выплеск энергии было невозможно, но как его понять? Если на Солнце взорвался протуберанец, то хорошо это или плохо? Что бы вы ни заключили на этот счёт, знайте, что вы со своим мнением уже отстали от жизни, потому что взорвался он восемь минут назад, и, так как активность на Солнце бешеная, ситуация уже много раз поменялась. А кто-то всё решает для себя этот кейс-гештальт: закономерно ли свержение Хосни Мубарака? Между тем, для тех, кто находится в гуще событий, это имя вызывает такие же смутные ассоциации, как имя Рамсеса II.«Дни Арабов» задуманы мною как продолжение первой книги («Арабские хроники», АХ). Место действия – всё тот же арабский мир, где на наших глазах вызревают новые религиозные течения и кумиры и появляются новые военные державы. Десятилетиями этот регион был поделён на сателлитов СССР и клиентов США, а сегодня, оставшись без спасительного зонтика, отчаянно пытается выжить в условиях неослабевающего внешнего воздействия.Казалось бы, Россия – страна с традиционно сильной востоковедной школой и развитыми связями с арабским миром. Но «прямой эфир» арабского мира освещается у нас скудно, либо чересчур ангажированно. Я считаю, что знание должно быть актуальным и доступным и потому, излагая факты и свой взгляд на происходящее, предлагаю каждому читателю самостоятельно и честно ответить на вопросы о том, зачем России нужен Ближний Восток и самолёты в Сирии, какая связь между происходящим на Украине и египетской революцией, где наши друзья и враги. А моя вторая книжка послужит вам в том подспорьем. Иншалла!

В своих воспоминаниях Главнокомандующий войсками Петроградского военного округа генерал-лейтенант П. А. Половцов рассказывает о событиях 1917 года в столице России. Опытный офицер-генштабист описывает разложение армии и революционные события, встречи с Керенским и Гучковым, различные революционные формирования, украинизацию некоторых частей русской армии, последние операции на фронтах и жизнь Кавказа накануне Гражданской войны.

Мемуары главнокомандующего войсками Петроградского военного округа в 1917 г. генерала П. А. Половцова.Переиздание книги, вышедшей в Париже в 1928 г.

Эта книга написана на закате советской эпохи. Но каждый раз новые поколения будут читать ее с неослабевающим интересом. Она — словно машина времени, уносящая читателя в далекое прошлое нашего любимого города. Словно по волшебству с ее страниц встают давно ушедшие люди, возникают картины былого. Из глубин времени до нас доносятся голоса, рассказывающие нам Историю — с большой буквы. Эта книга повествует о первом нефтяном буме, о становлении нового для Азербайджана класса — буржуазии, о создании Азербайджанской Демократической Республики. А также о том, как усилиями нефтяных миллионеров был создан Баку — таким, каким мы его любим.