Если всемирной буржуазии не удалось в течение трех лет при ее громадном военном перевесе сломить слабую и отсталую страну, то только потому, что эта страна перешла к диктатуре пролетариата, только потому, что этой стране было обеспечено сочувствие трудящихся масс во всем мире, можно сказать, во всякой стране без исключения.В. И. ЛЕНИН.В. И. ЛЕНИН. 1920 г. (Фото.)

Сборник исследований, подготовленных на архивных материалах, посвящен описанию истории ряда институций культуры Ленинграда и прежде всего ее завершения в эпоху, традиционно именуемую «великим переломом» от нэпа к сталинизму (конец 1920-х — первая половина 1930-х годов). Это Институт истории искусств (Зубовский), кооперативное издательство «Время», секция переводчиков при Ленинградском отделении Союза писателей, а также журнал «Литературная учеба». Эволюция и конец институций культуры представлены как судьбы отдельных лиц, поколений, социальных групп, как эволюция их речи. Исследовательская оптика, объединяющая представленные в сборнике статьи, настроена на микромасштаб, интерес к фигурам второго и третьего плана, к риторике и прагматике архивных документов, в том числе официальных, к подробной, вплоть до подневной, реконструкции событий.

Вадим Захарович Роговин (1937—1998) — советский социолог, философ, историк революционного движения, автор семитомной истории внутрипартийной борьбы в ВКП(б) и Коминтерне в 1922—1940 годах. В этом исследовании впервые в отечественной и мировой науке осмыслен и увязан в единую историческую концепцию развития (совершенно отличающуюся от той, которую нам навязывали в советское время, и той которую навязывают сейчас) обширнейший фактический материал самого драматического периода нашей истории (с 1922 по 1941 г.).В заключительном томе дается широкая панорама социально-экономического положения в стране накануне войны. Приводятся документы, подтверждающие нарастание недовольства населения сталинским режимом. Анализируются события, связанные с развитием советско-германских отношений, с аннексиями, учиненными Сталиным, и их влиянием на мировой процесс развития и на сознание миллионов людей во всем мире. Затрагиваются теоретические вопросы, касающиеся сущности и природы советского государства. Показана предательская политика Сталина по отношению к коммунистическим партиям других стран. Приводится анализ возможностей и характера второй мировой войны, сделанный Троцким.Завершающая часть книги посвящена исследованию убийства Троцкого. На основании новых материалов рассказывается о тех колоссальных усилиях, которые были предприняты Сталиным, чтобы уничтожить своего главного идейного противника и подавить влияние Троцкого на международное коммунистическое движение.

Книга посвящена героической борьбе русского народа против ордынского ига — ее решающему этапу, который начинается с Куликовской битвы 1380 г. и завершается осенью 1480 г., когда на р. Угре русские воины дали отпор нашествию хана Большой Орды Ахмеду. Освобождение от иноземного гнета представлено автором книги как закономерный итог длительной и самоотверженной борьбы русского народа против завоевателей.

Во второй половине ХХ века закончились три последние диктатуры Западной Европы – режимы Франко в Испании, Салазара в Португалии и «черных полковников» в Греции. Их граждане в конечном счете предпочли демократический строй авторитарному. В своей книге политический исследователь и журналист Александр Баунов рассказывает о том, как пытались продлить свое существование и завершились диктатуры этих трех стран, об отличиях и сходствах этого перехода в результате мирной трансформации в Испании, революционных событий в Португалии и военной авантюры в Греции и о людях, благодаря или вопреки которым этот переход состоялся.

В книгу вошли мемуары двух офицеров русской армии — адмирала А. Д. Бубнова и генерала от инфантерии Ю. Н. Данилова. Занимая ответственные должности в Ставке Верховного главнокомандующего в годы Первой мировой войны, они оба оказались в гуще трагических событий, охвативших Россию в начале XX века.Адмирал Бубнов, курировавший Черноморский театр военных действий и занимавшийся непосредственной разработкой Босфорской десантной операции, стремится разобраться в причинах неудач, постигших русскую армию, которые он связывает прежде всего с начавшейся революцией. Эти же вопросы волнуют и генерала Данилова, повествующего о кризисной ситуации в стране, первой русской революции, работе Государственной думы и многом другом.И те и другие мемуары написаны в эмиграции. Их авторам не суждено было возвратиться на Родину. Но их книги вернулись к российскому читателю и, безусловно, вызовут большой интерес у любителей русской истории.

В этой книге – тематическом продолжении вышедшей ранее книги «Каравеллы выходят в океан» – рассказывается об испанских завоевателях-конкистадорах, отправившихся по следам великого мореплавателя Христофора Колумба в Новый Свет, описываются походы Бальбоа, Веласкеса, Кордовы, Грихальвы, Кортеса, Монтехо и других конкистадоров на Антильские острова, в Центральную Америку, Мексику и на Юкатан; открытие Великого Южного моря – Тихого океана, покорение стран ацтеков и майя уничтожение цивилизации и культуры индейских племен.

Вслед за Колумбом по открытому им морскому пути к берегам Нового Света двинулись сотни и тысячи конкистадоров. Среди них были нищие мореплаватели и землепашцы, которые в родной Испании не могли добыть себе даже скудного пропитания, бесшабашные авантюристы, разорившиеся идальго – обладатели звонких дворянских титулов, шпаг, шелковых обносков и пустых карманов, а также всевозможные преступники, грабители, убийцы. То были искатели счастья, золота, славы и приключений.

Всех их гнала за океан, в Новый Свет, неуемная жажда золота и богатства, надежда найти страну Золота – Эльдорадо. Их прельщали и безумный писк и звонкая слава. Рассказы уцелевших и вернувшихся на родину конкистадоров об опасных приключениях в жарких странах разжигали воображение, и навстречу тяжелым испытаниям отправлялись все новые и новые толпы завоевателей.

Покоряя и опустошая вновь открытые земли, конкистадоры с оружием в руках проникали все дальше в глубь материка. Они жестоко расправлялись с коренным населением Америки – индейцами, безжалостно истребляя их или обращая в рабство. Свои злодеяния конкистадоры оправдывали якобы миссионерской деятельностью: распространением христианства, европейской культуры и цивилизации.

Золото – этот злой и жестокий бог-искуситель, которому поклонялись алчные завоеватели, – заставляло их поднимать оружие друг на друга, и шпаги конкистадоров нередко обагрялись кровью их соотечественников.

Они поражали мир острым умом, удалью и отвагой, предприимчивостью и презрением к смерти, но еще более – невиданными алчностью, жестокостью и коварством.

За несколько десятилетий после первой экспедиции Колумба в 1492 году Испания поставила под свой контроль территорию десятка современных государств Америки и покорила две самые могучие цивилизации континента – империи ацтеков и инков. Эрнан Кортес, Франсиско Писарро и другие конкистадоры прочно вошли в историю как образчики высокомерия к чужим культурам, безудержной алчности и часто иррациональной жестокости. Всего такого в их действиях было немало, но двигало этими первыми настоящими европейскими колонизаторами не только это. Они были носителями средневековой культуры рыцарских романов, имели сложные представления о правах, подданстве и пределах королевской власти и не смогли бы одержать свои победы без энергичной поддержки многих туземцев.Конкистадоры, вполне в духе Позднего Средневековья не различавшие для себя веру и славу, а также являвшиеся приверженцами тех форм политической организации, в которых любое разделение светских и духовных вопросов выглядело абсурдом, могут показаться нам безнадежными ретроградами. Тем не менее, несмотря на все их неоспоримые недостатки, история конкистадоров может быть адекватно оценена только в том случае, если мы будем открыты и восприимчивы к культуре их мира, который, каким бы чуждым он нам ни казался, был таким же человеческим и столь же подверженным ошибкам, как и наш собственный.Мексиканский историк Фернандо Сервантес, сам прямой потомок одного из конкистадоров, поставил своей целью разглядеть этот реальный контекст за штампами и мифами об испанской колонизации. Анализируя дневники, письма, хроники и первые в истории правозащитные трактаты, он постарался отделить факты от саморекламы, желания оклеветать конкурентов и многовековых усилий иностранных – прежде всего голландских и английских – авторов представить испанцев в максимально невыгодном свете. Эта книга и заставляет задуматься о том, как пишется история, и проливает совершенно новый свет на события, превратившие личную унию небольших европейских монархий в одну из величайших империй всех времен.Как по-прежнему знает каждый мексиканский школьник, утром 1 июля 1520 г. Кортес пролил горькие слезы, стоя под сенью огромного кипариса-ауэуэтля, комель которого все еще можно видеть сегодня, как и любоваться вдохновленными им произведениями искусства. Тогда же Кортес якобы произнес «Вперед, ибо мы ни в чем не нуждаемся!», едва убедившись, что опытный корабельных дел мастер Мартин Лопес хоть и тяжело ранен, но попал в число тех 400 счастливчиков, которым удалось пережить эту катастрофу.Для когоДля всех, кому интересна история и ее восприятие.Писарро получил несколько тяжелых ранений и поскользнулся в луже собственной крови в тот момент, когда попытался перекреститься и призвать исповедника. Говорят, что смертельным стал удар керамическим кувшином по голове, который один из заговорщиков, Хуан Родригес Барраган, нанес с воплем «В аду и исповедуешься!».

Подробное и яркое историческое исследование, повествующее об истории испанских завоеваний в Центральной и Южной Америке, о жизни и деятельности предводителей испанских конкистадоров Эрнана Кортеса и Франсиско Писарро, о тайнах древней культуры инков и ацтеков – коренных жителей Центральной и Южной Америки.

Малоизвестная история представителя судебной системы СС, который столкнулся лицом к лицу с нацистской машиной массовых убийств и начал в меру своих возможностей бороться с ней. Расследуя коррупционные преступления в концентрационных лагерях, эсэсовский судья Конрад Морген превысил полномочия и стал преследовать главных исполнителей гитлеровского «окончательного решения еврейского вопроса», выдвинув обвинения в убийстве против коменданта Бухенвальда и шефа гестапо Освенцима.

«Воля (волеизъявление) и личность преступника теперь также учитывались. Комиссия, созданная Гитлером и возглавленная Гюртнером, одобрила систему уголовной ответственности за намерение».

Случай Моргена раскрывает связь тоталитаризма, коррупции и геноцида и затрагивает множество морально-нравственных проблем. Книга интересна суждениями из области философии права и сведениями по истории (в том числе юридической) Третьего рейха, однако, прежде всего, она о том, как отдельным людям приходится делать сложный моральный выбор и как нравственность одного человека пытается противостоять безнравственности окружающего мира.

«Многие послевоенные теоретики полагали, будто опыт Третьего рейха научил нас тому, что надо устанавливать более тесную связь между правом и моралью».

«Когда после войны Ховена судили, он пытался оправдать свои убийства — которые он признал — тем, что эти жертвы были «предателями» и из-за них могло погибнуть еще больше людей».