В этой книге рассказано о старинном русском городе, Торжке. Автор ее - восьмидесятилетний учитель, краевед А. А. Суслов - собрал интереснейший исторический и современный материал о родном городе. Этот своеобразный путеводитель не претендует на исчерпывающее освещение многосторонней жизни Торжка, основное внимание в нем уделено памятным местам города. Многовековой Торжок помолодел в наши дни: он вошел в группу городов, лежащих на новой туристской трассе, ведущей к «золотой здравнице» - озеру Селигер. Поэтому наша книжка будет интересна всем, любящим свой край.

«Он был жесток, как повелитель ада…» Так написал о Торквемаде американский поэт XIX века Генри Уодсуорт Лонгфелло. И так уж получилось, что великий инквизитор Томас де Торквемада (1420–1498) стал одной из самых одиозных фигур в истории человечества, «символизируя собой позор инквизиции», а руководимая им организация — просто жупелом, чем-то априори пугающим и внушающим ужас. Сколько во всем этом правды? Случайно ли этот человек стал духовником королевы Изабеллы Кастильской в одну из самых судьбоносных эпох в истории Испании, в период Реконкисты и объединения страны?На эти вопросы и попытался ответить в своей новой книге историк, писатель и переводчик Сергей Нечаев.

Рафаэль Сабатини в своем исследовании «Торквемада и испанская инквизиция» собрал и обобщил сотни фактов и документов по истории инквизиции вообще и зловещей роли, которую сыграл Великий инквизитор фра Томас де Торквемада.ТОРКВЕМАДА и испанская инквизиция (TORQUEMADA and the Spanish Inquisition)Историческая хроникаПервое издание книги вышло в Лондоне в 1913 году.Перевод выполнен с издания 1930 года.

В книге рассказывается о боевых действиях самолетов военно-воздушных сил Великобритании. Задача торпедоносцев заключалась в том, чтобы, разыскав на водной акватории идущий во тьме конвой, выпустить торпеду с близкого расстояния под определенным углом и, молниеносно взмыв в облака, уйти от преследования. Британские летчики проявляли чудеса мастерства и отваги. Очень многие пилоты – Бьюман, Кемпбелл, Эсмонд, Маршалл, Херн Филлипс – погибли, участвуя в опасных операциях на Средиземноморье и в Атлантике.

ТАК ВЫПЬЕМ ЗА…

Тоталитаризм и тоталитаризмы. - «Вторая навигация», 11. Харьков, 2011. (Конференция «Illuminismo e totalitarismo». Встреча русских и итальянских историков. Fondazione Giorgio Cini и PAH, Venezia, 2001).Опубликовано в: Витторио Страда, Россия как судьба - Москва: Три квадрата, 2013, С. 394-409.

Об авторе: памяти Дмитрия Поспеловского

Читая лекции по истории Русской церкви в семинариях и гражданских вузах России с 1990 года, имея дело с современным русским студенчеством, я пришел к заключению, что если опасности возрождения советско-коммунистического строя в сегодняшней России нет, то угроза фашизма, тоталитаризма фашистского типа вполне реальна. Особенно беспокоит, что настроения фашистско-тоталитаристского типа встречаются довольно часто среди выпускников новоявленных православных школ и студентов духовных учебных заведений. Поэтому я приступил к разработке нового курса, условно назвав его «Тоталитаризм и христианство». Этот курс я читаю в православных учебных заведениях России вот уже года три, все расширяя и углубляя его по мере расширения самой темы. Года два назад я решил постепенно превратить курс в книгу — учебное пособие для вузов и семинарий. И тут я столкнулся с проблемой: как назвать эту книгу? «Тоталитаризм и религия» не подойдет, потому что тоталитаризм и есть религия, религия идолопоклонства. Остановился на названии «Тоталитаризм и единобожие». Но как насчет Японии, тоталитарно-фашистские тенденции которой в межвоенное время входят целой главой в данную книгу, — там же многобожие, а не единобожие? Это заставило меня остановиться на одном из следующих двух возможных заглавий: «Тоталитаризм и теизм» или «Тоталитаризм и вероисповедание».

© Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2003

В этом году исполняется 95 лет со дня рождения и 5 лет со дня смерти А.И. Солженицына. Его работа «Как нам обустроить Россию» стала своеобразным планом по преодолению глубокого кризиса в нашей стране. Президент России В.В. Путин встречался с Солженицыным и беседовал с ним этот счет. Проект Солженицына и по сей день используется для создания различных программ развития Российской Федерации.Автор данной книги В.С. Бушин знал А.И. Солженицына еще до высылки последнего из СССР. Позже Владимир Бушин занялся подробным исследованием жизни и творчества Александра Солженицына, собрал огромное количество фактического материала о нем. В результате у Бушина появился свой взгляд на деятельность этого человека и на его знаменитый проект по переустройству России.

Увлекательное расследование уголовных дел, связанных с преступлениями и ведьмовством на Русском Севере XVI–XVII века.

Послевоенные окраины Новосибирска 1949-го года. В родной район возвращается отбывший срок за убийство мирных жителей, освобожденных от немецкой оккупации территорий, бывший следователь Сергей Летов. Вскоре жителей Первомайского района начинает систематически убивать кровавый маньяк, к поимке которого на правах оперуполномоченного подключается и Летов. Вместе со своим фронтовым другом Горенштейном, Летову предстоит пройти трудный путь к окончанию расследования, постоянно борясь с тяжелым недугом, заработанным им еще в ходе войны. "Точка слома" – это мрак, рождающийся в описаниях бедного быта послевоенного Новосибирска и холодной сибирской зимы, постепенная пелена сумасшествия, захватывающая головы главных героев и пляски на обломках жизни тех, кто на войне не выжил, а заново родился. Содержит нецензурную брань.

В книге В. C. Брачева показаны преследования и издевательства, которым подвергались известные русские историки С. Ф. Платонов, Е. В. Тарле и др. за свою национально-патриотическую позицию и великодержавный подход в освещении российской истории. В наше время подобным же гонениям подвергся со стороны «демократических» кругов петербургском общественности и науки один из самых значительных историков современности И. Я. Фроянов. Как указывает автор, определенным слоям научной и околонаучной интеллигенции чрезвычайно не нравится, когда Россия предстает в истории во всем своём величии и могуществе.

С Евгения Гришковца (р. 1967) начинается новая драма, несмотря на то что он резко отделяет себя от этого течения. Но именно его моноспектакли, прежде всего «Как я съел собаку», создали новую эстетическую конвенцию — новый тип отношений между драматургом и актером, между театром и зрителем, между автором и языком. Иными словами — новую интонацию. Подчеркнуто скромная и ненавязчивая интонация непосредственного общения со зрителем, звучащая в монологах Гришковца, лишенного актерской позы и актерской дикции, на глазах подбирающего слова к тому, что он пытается выразить, оказалась той сенсацией, которая принесла ему, автору, постановщику и исполнителю своих текстов, профессиональное признание и фантастический массовый успех.

В книге рассказывается о гибели подводных лодок в начале становления Подплава Северного флота, в годы Русско-японской войны, Первой мировой войны, Великой Отечественной войны, годы «Холодной» войны и в послевоенное время. Помещены фотографии и показан Боевой путь погибших подводных лодок.Только за последние полвека погибли девятнадцать отечественных подводных лодок. Всего в катастрофах и авариях за этот период Отечество потеряло около тысячи подводников, в шести катастрофах команды подводных лодок погибли в полном составе вместе с кораблем. На дне морей и океанов покоятся пять отечественных атомных подводных лодок. Трагические события, уносящие жизни десятков и сотен защитников Отечества, не должны быть забыты и должны быть увековечены, как была увековечена дата 7 апреля — День гибели атомной подводной лодки Краснознаменного Северного флота К-278 («Комсомолец»), которая вошла в сердца всех подводников и подавляющего большинства населения постсоветского пространства, как день Памяти и скорби по командам погибших подводных лодок.Память о погибших подводных лодках и подводниках навсегда останется в людских сердцах, будет бережно храниться подводниками новых поколений.

В долгом перечне катастроф советского военно-морского флота трагедии подводных лодок в 30-х годах XX века стоят особняком. Так сложилось, что о них как-то не принято было говорить, на что имелись свои особые причины. В книге, на основе архивных материалов, и опросов живых участников трагедий описаны случаи гибели и аварии советских подводных лодках «Рабочий», «Народовольца», «Металлист», Щ-424, Щ-139, М-256, М-351, М-352, М-259 и других кораблей. Трагедия подводной лодки «Большевик» стала последней, о которой широко писалось в советской печати. Гибель субмарины с таким звучным именем вызвала много кривотолков, слухов и даже анекдотов. Во избежание подобных ситуаций было принято решение о том, чтобы в дальнейшем катастрофы кораблей в печати не освещались и по возможности были окружены завесой секретности. Такой подход к трагедиям на море неуклонно выполнялся вплоть до гибели атомной подводной лодки «Комсомолец» в апреле 1989 года. Изменилась эпоха, а вместе с ней изменились и подходы к освещению происходящих в стране событий, в том числе и трагических.

Долгое время о погибших подводных лодках и подводниках либо упоминалось вскользь, либо не говорилось вообще. До сих пор не известны широкой общественности подвиги этих героев мирного времени. На страницах книги приводятся данные по авариям, которые привели к гибели подводных лодок и гибели подводников ТОФ. Указаны случаи как аварийного, так и боевого характера. Приведенные данные не претендуют на полноту и абсолютную достоверность, поскольку получены из анализа открытых и небольших архивных источников. Книга написана по материалам отечественной и иностранной литературы, проектной документации подводных лодок, очеркам по истории конструкторских бюро и подводных лодок, справочной и мемуарной литературе, журнальным статьям и др. Использована информация из Центрального военно-морского музея России, иностранных военных музеев и мемориалов. В «Трагедиях Тихоокеанского Подплава» также приведены фотографии погибших подводных лодок и фотографии мемориалов и памятников подводным лодкам, которые увековечивают боевые успехи, мужество и отвагу подводников в борьбе с противником и ставшие памятниками подводникам, погибшим при их испытаниях и эксплуатации.

Во второй половине 1941 года Финский залив стал ареной трагических событий. В августе Балтийский флот, потерявший контроль над заливом, совершил трагический прорыв из Таллина в Кронштадт. По своим последствиям он был сравним с поражением при Цусиме. Загнанные противником на свою последнюю базу балтийские моряки выдержали разрушительные удары германской авиации по Кронштадту, провели сложнейшую эвакуацию гарнизона Ханко, а затем пережили страшную блокадную зиму.