Данная книга является классическим произведением экономической науки, написанным с позиций трудовой теории стоимости. В ней автор определил понятие стоимости как выражение общественно необходимого труда для производства товаров, дал яркую характеристику капиталистического общества XIX века. Труд К.Маркса является завершением классической политической экономии, он оказал глобальное воздействие на ход исторического процесса в XX веке.

ДЕЛЁЗ Ж., ГВАТАРИ Ф. – КАПИТАЛИЗМ И ШИЗОФРЕНИЯ. АНТИ-ЭДИП

«Анти-Эдип» — первая книга из дилогии авторов «Капитализм и шизофрения» — ключевая работа не только для самого Ж. Делёза, последнего великого философа, но и для всей философии второй половины XX — начала нынешнего века. Это последнее философское сочинение, которое можно поставить в один ряд с «Метафизикой» Аристотеля, «Государством» Платона, «Суммой теологии» Ф. Аквинского, «Рассуждениями о методе» Р. Декарта, «Критикой чистого разума» И. Канта, «Феноменологией духа» Г. В. Ф. Гегеля, «Так говорил Заратустра» Ф. Ницше, «Бытием и временем» М. Хайдеггера.http://fb2.traumlibrary.net

Второй том «Капитализма и шизофрении» — не простое продолжение «Анти-Эдипа». Это целая сеть разнообразных, перекликающихся друг с другом плато, каждая точка которых потенциально связывается с любой другой, — ризома. Это различные пространства, рифленые и гладкие, по которым разбегаются в разные стороны линии ускользания, задающие новый стиль философствования. Это книга не просто провозглашает множественное, но стремится его воплотить, начиная всегда с середины, постоянно разгоняясь и размывая внешнее. Это текст, призванный запустить процесс мысли, отвергающий жесткие модели и протекающий сквозь неточные выражения ради строгого смысла…http://fb2.traumlibrary.net

Второй том «Капитализма и шизофрении» — не простое продолжение «Анти-Эдипа». Это целая сеть разнообразных, перекликающихся друг с другом плато, каждая точка которых потенциально связывается с любой другой, — ризома. Это различные пространства, рифленые и гладкие, по которым разбегаются в разные стороны линии ускользания, задающие новый стиль философствования. Это книга не просто провозглашает множественное, но стремится его воплотить, начиная всегда с середины, постоянно разгоняясь и размывая внешнее. Это текст, призванный запустить процесс мысли, отвергающий жесткие модели и протекающий сквозь неточные выражения ради строгого смысла…

Второй том «Капитализма и шизофрении» — не простое продолжение «Анти-Эдипа». Это целая сеть разнообразных, перекликающихся друг с другом плато, каждая точка которых потенциально связывается с любой другой, — ризома. Это различные пространства, рифленые и гладкие, по которым разбегаются в разные стороны линии ускользания, задающие новый стиль философствования. Это книга не просто провозглашает множественное, но стремится его воплотить, начиная всегда с середины, постоянно разгоняясь и размывая внешнее. Это текст, призванный запустить процесс мысли, отвергающий жесткие модели и протекающий сквозь неточные выражения ради строгого смысла…http://fb2.traumlibrary.net

Проще представить себе конец света, чем конец капитализма. После 1989 года капитализм с гордостью представляет себя единственной реалистической политэкономической системой. И эту ситуацию банковский кризис 2008 года только усугубил. В своей книге Марк Фишер, преподаватель философии, известный публицист и ведущий популярного блога k-punk, подвергает анализу эволюцию и основные принципы живучей идеологической конструкции капиталистического реализма. Разбирая конкретные примеры из политики, кинематографа («Дитя человеческое», «идентификация Борна», «Суперняня») и литературы (тексты Урсулы Ле Гуин и Франца Кафки), он доказывает, что капиталистический реализм окрашивает все сферы современного образа жизни, и задается вопросом о том, как эту ситуацию можно изменить.

Это сборник философских и автобиографических эссе. Классик современной японской литературы Ицуки Хироюки размышляет в этой книге о себе, о своём поколении «детей второй мировой», о том, каково это — расти в японских колониях на материке и стареть в условиях нынешнего японского постиндустриального общества. Ицуки Хироюки пытается высказать своё отношение к вечным темам бытия: болезни, старость, смерть, — но он и просто рассказывает истории из жизни. С юных лет ориентировавшийся на модернизм и западную массовую литературу, к концу жизни писатель пришёл к философии буддийского негативизма. Вместе с японским писателем мы проходим этот путь, узнавая множество интересных подробностей о современном японском обществе и его тревогах.

Послесловие к книге Карл Баллмер "Ламоне21.2.51".Д.Ф.Неужели за всё время Вашего пребывания на Западе Вы не встретили ни одного достойного имени?K.C.Встретил. Этот человек умер в 1958 году, и его зовут Карл Баллмер. На Западе его почти не знают, хотя сохранился архив и некоторые его книги изданы. Одну я перевел, и она буквально на днях вышла в издательстве «Evidentis». Баллмер — мыслитель, меня потрясший. Он был личным учеником Рудольфа Штейнера, хотя у большинства так называемых антропософов малейшее соприкосновение с его мыслью вызывает шок или даже бешенство. Я опубликовал в 1994 году в немецко-французском издательстве LGC книгу о Баллмере «Die Karl Ballmer-Probe» (по-русски что-то вроде: испытание Баллмером); некоторые знакомые антропософы, среди них один очень известный, сочли по прочтении книги нужным порвать со мной отношения. Это вам не Хайдеггер и не Ясперс, это мыслитель, в сознании которого живут умершие и являются как мысли.

К концу второго десятилетия XXI века мир меняется как никогда стремительно: ещё вчера человечество восхищалось открывающимися перед ним возможностями цифровой эпохи но уже сегодня государства принимают законы о «суверенных интернетах», социальные сети становятся площадками «новой цензуры», а смартфоны превращаются в инструменты глобальной слежки. Как же так вышло, как к этому относиться и что нас ждёт впереди? Поискам ответов именно на эти предельно актуальные вопросы посвящена данная книга.

Беря за основу диалектические методы классического марксизма и отталкиваясь от обстоятельств сегодняшнего дня, Виталий Мальцев выстраивает логическую картину будущего, последовательно добавляя в её видение всё новые факты и нюансы, а также представляет широкий спектр современных исследований и представлений о возможных вариантах развития событий с различных политических позиций.

Эта книга есть опыт анализа явления марксизма как феномена культуры. Оригинальность ее начинается с того, что она не ставит целью ни опровержение теории марксизма, ни даже попытки оценки фигуры самого ее создателя.Все, чего хочет автор, – это описать, но описать адекватно. Для этого ему пришлось разработать свой метод – новаторский, отличный от всех известных подходов к предмету своего описания. По его выражению, «рассматривать марксизм как языковое явление» – поскольку предмет целиком и полностью дан нам в текстах и только в текстах. От сочинений самих основоположников, их писем, биографических или мемуарных материалов… и вплоть до газетных пасквилей или доносов в полицию – все свидетельства о предмете суть тексты различных авторов.На какие из них можно полагаться и насколько? Отсюда автор приходит к необходимости того, что нынешняя наука называет «исчислением высказываний» и предлагает им же разработанный «индикатор достоверности». Все сказанное есть рабочий аппарат ученого, помогающий постепенно нарисовать весьма неординарную картину своего предмета.Насколько убедительна эта картина – судить читателю.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

В последние годы мир стремительно меняется. На смену привычным реалиям и угрозам приходят новые: терроризм превращается в глобальный терроризм, война из преступления становится инструментом поддержки демократических процессов, национальный суверенитет больше не является правом – теперь это скорее привилегия, которую дарят или отнимают сильные мира сего. Политическая философия не успевает за теленовостями, а наше общество отчаянно нуждается в том, чтобы понять и осмыслить происходящие вокруг нас изменения. В своей книге Ален де Бенуа рассматривает идеи выдающегося мыслителя XX века Карла Шмитта для того, чтобы дать нам инструментарий, необходимый для анализа процессов, происходящих в мировой политике и в обществе.

Карлос Кастанеда – человек-легенда и самый мистический писатель ХХ века. Учение Дона Хуана, удивительное и многогранное, как и сама жизнь, настолько сильно повлияло на миллионы людей по всему миру, что представить современную цивилизацию без культурного феномена Карлоса Кастанеды невозможно.Перед вами – непростая книга. Она – плод фундаментального исследования матрицы образов Учения Кастанеды и их влияния на каждого из нас. Путь Знания и точка сборки, реальность и Творец, смысл жизни и перерождения, иные миры и многие другие грани Расколотого знания Карлоса Кастанеды.

Доклад на Конгрессе, посвященном 120-летней годовщине дня рождения и 50-летней годовщине кончины Л.П. Карсавина, Вильнюс, декабрь 2002 г.

Из истории отечественной философской мыслиОт редакции. Мы продолжаем рубрику «Из истории отечественной философской мысли» подборкой, посвященной творчеству известного историка и философа Л. П. Карсавина. К сожалению, имя этого мыслителя почти забыто, его идеи, тесно связанные с религиозно-философской традицией обсуждения важнейших проблем человеческой свободы, пониманием личности и истории, сути общественных преобразований, практически не анализировались в нашей литературе. Рукописи Карсавина «Жозеф де Местр», публикуемой впервые, до сих пор лежавшей в архиве, предпослана статья С. С. Хоружего «Карсавин и де Местр». Разумеется, это лишь первая попытка разобраться в сложном сплетении идей и судеб русского мыслителя и французского общественного деятеля, публициста, выразителя умонастроений послереволюционного периода европейской истории. Не со всеми оценками автора статьи можно согласиться, отдельные положения и позиции требуют уточнения, однако, видимо, атмосфера спора, возможность открыто высказать собственную, иногда не всеми разделяемую точку зрения,— характерная примета и существенное достижение нашего времени.Публикуя статью о Карсавине, рукопись мыслителя, редакция надеется, что эти материалы получат читательский отклик.

В настоящей книге выдающийся американский лингвист Ноам Хом- ский попытался проследить в трудах языковедов и философов прошлого идеи, сходные с положениями разработанной им теории трансформационной порождающей грамматики. С этой целью он обратился к лингвофилософ- ской рационалистической традиции XVII–XVIII вв., незаслуженно, по его мнению, забытой. Обильно цитируя сочинения Р.Декарта и Ж. деКордемуа, Дж. Хэрриса и Р. Кедворта, братьев Шлегелей и В. фон Гумбольдта, а также других мыслителей Франции, Германии и Англии, Хомский создает целостное представление о главных особенностях рационалистического подхода к языку, основы которого были заложены еще в античности. Знаменитый труд Хомского был переведен на многие языки и вызвал в свое время бурную полемику в научной печати; его русский перевод, несо- мненно, будет воспринят с интересом лингвистами, психологами, философами, культурологами, историками науки и представителями других гуманитарных профессий.