В своей новой книге, посвященной мифотворчеству Андрея Белого, Моника Спивак исследует его автобиографические практики и стратегии, начиная с первого выступления на литературной сцене и заканчивая отчаянными попытками сохранить при советской власти жизнь, лицо и место в литературе. Автор показывает Белого в своих духовных взлетах и мелких слабостях, как великого писателя и вместе с тем как смешного, часто нелепого человека, как символиста, антропософа и мистика, как лидера кружка аргонавтов, идеолога альманаха «Скифы» и разработчика концепции журнала «Записки мечтателей».

Особое внимание в монографии уделено взаимоотношениям писателя с современниками, как творческим (В. Я. Брюсов, К. А. Бальмонт и др.), так и личным (Иванов-Разумник, П. П. Перцов, Э. К. Метнер), а также конструированию посмертного образа Андрея Белого в произведениях М. И. Цветаевой и О. Э. Мандельштама. Моника Спивак вписывает творчество Белого в литературный и общественно-политический контекст, подробно анализирует основные мифологемы и язык московских символистов начала 1900‐х, а также представляет новый взгляд на историю последнего символистского издательства «Алконост» (1918–1923), в работе которого Белый принимал активное участие.

Моника Спивак — доктор филологических наук, заведующая отделом «Литературное наследие» Института мировой литературы им. А. М. Горького РАН, заведующая Мемориальной квартирой Андрея Белого (филиал Государственного музея им. А. С. Пушкина).

Книга литературоведа Константина Васильевича Мочульского посвящена жизни и творчеству известного русского символиста Андрея Белого. Автор прослеживает жизненный путь поэта с детских лет до последних дней жизни, рассказывает о его творческой деятельности и взаимоотношениях с товарищами по литературному цеху, уделяя особое внимание проблемам философского содержания его творчества.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Писательская слава Андрея Георгиевича Битова (1937–2018) никогда не была громкой, но без его романов «Пушкинский дом», «Человек в пейзаже», «Улетающий Монахов» трудно представить современную русскую литературу. Битов ушел от нас совсем недавно, и эта книга является, по сути, первой его биографией. Притом необычной – ее автор, прозаик и режиссер-документалист Максим Гуреев, выстраивает свое повествование как сценарий неснятого Битовым фильма, в который вплетаются цитаты из произведений писателя, воспоминания о нем, голоса современников, рисующие живой и разносторонний портрет памятного многим мастера слова.

В новой книге Бориса Левита-Броуна собраны очерки, эссе и этюды разных лет и разных жанров. Автору случалось откликаться своим пером на события сиюминутные и драматические, как застигшая его в Италии смерть Марчелло Мастроянни. Отливалось в законченную форму как спонтанно задуманное, – написать о поэзии Георгия Иванова, так и долго обдумывавшееся, как, например, – духовное виденье Андрея Платонова. Есть среди очерков и концептуальная критика постмодернизма, и критические статьи о современных поэтах, чье творчество близко автору, и даже размышления о самой скандальной литературной подделке последних десятилетий и о ее не менее скандальном авторе. На страницах этой книги будет о чем задуматься тем, кто любит острую нестандартную мысль, чем возмутиться – строгим моралистам, и о чем поплакать тем, кто сохранил восприимчивость к драме человеческих чувств.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Новаторская биография Андрея Синявского (1925-1997), в которой он рассматривается одновременно как писатель и как «герой времени», показывает, как этот тонкий и сложный автор нашел себе место в обществе, разделенном на героев и злодеев, патриотов и предателей; как он, изначально полностью принимая систему ценностей и идеологию своего времени, пришел затем к их отрицанию, и как отрицание это нашло выход в литературе. В книге Эжени Маркезинис, основанной на детальном изучении литературного наследия Синявского, рассматривается вопрос о том, каким образом его произведения становятся не просто отражением жизненных обстоятельств и примет эпохи, но результатом активного творческого преображения того и другого.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эта книга — первое масштабное исследование жизни и творчества писателя, который в 1920-е годы был голосом времени, а после трагической гибели в 1926 году на долгие годы оказался вычеркнутым из литературы.

Адресована филологам и всем ценителям художественной прозы, которые откроют для себя малоизвестного автора и добавят новые штрихи к пониманию литературного процесса первой четверти ХХ века.

В новой монографии русско-американского писателя и исследователя, профессора Бостонского Колледжа Максима Д. Шраера подробно анализируется творческий путь ведущих представителей русской деревенской прозы Виктора Астафьева, Василия Белова и Валентина Распутина. Книга Шраера показывает, как писатели-«деревенщики» активно распространяли как бытовые, так и государственные формы советского антисемитизма. Согласно Шраеру, ведущие писатели-«деревенщики» сами вызвали упадок русской деревенской прозы, вписав антисемитский нарратив в свои литературные произведения и публичные дискурсивные заявления.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Представленная книга является хрестоматией к курсу «История новой ивритской литературы» для русскоязычных студентов. Она содержит переводы произведений, написанных на иврите, которые, как правило, следуют в соответствии с хронологией их выхода в свет. Небольшая часть произведений печатается также на языке подлинника, чтобы дать возможность тем, кто изучает иврит, почувствовать их первоначальное обаяние. Это позволяет использовать книгу и в рамках преподавания иврита продвинутым учащимся.

Художественные произведения и статьи сопровождаются пояснениями слов и понятий, которые могут оказаться неизвестными русскоязычному читателю. В конце книги особо объясняются исторические реалии еврейской жизни и культуры, упоминаемые в произведениях более одного раза. Там же помещены именной указатель и библиография русских переводов ивритской художественной литературы.

Представленная книга является хрестоматией к курсу «История новой ивритской литературы» для русскоязычных студентов. Она содержит переводы произведений, написанных на иврите, которые, как правило, следуют в соответствии с хронологией их выхода в свет. Небольшая часть произведений печатается также на языке подлинника, чтобы дать возможность тем, кто изучает иврит, почувствовать их первоначальное обаяние. Это позволяет использовать книгу и в рамках преподавания иврита продвинутым учащимся.

Художественные произведения и статьи сопровождаются пояснениями слов и понятий, которые могут оказаться неизвестными русскоязычному читателю. В конце книги особо объясняются исторические реалии еврейской жизни и культуры, упоминаемые в произведениях более одного раза. Там же помещены именной указатель и библиография русских переводов ивритской художественной литературы.

Антон Антонович Дельвиг был одной из самых примечательных фигур в русской литературе пушкинской эпохи. Не обладая ни гениальностью Пушкина, ни выдающимися дарованиями Батюшкова или Баратынского, он тем не менее оставил свой след и в истории русской поэзии, в истории критики и издательского дела, а личность его была неотъемлема от литературной жизни 1820–1830-х гг.

Имя Чехова ярко горит среди имен лучших людей нашей Родины, составляющих законную гордость русской нации и всего советского народа.

Наталья Алексеевна Решетовская — первая жена Нобелевского лауреата А. И. Солженицына, член Союза писателей России, автор пяти мемуарных книг. Шестая книга писательницы также связана с именем человека, для которого она всю свою жизнь была и самым страстным защитником, и самым непримиримым оппонентом. Но, увы, книге с подзаголовком «Моя прижизненная реабилитация» суждено было предстать перед читателями лишь после смерти ее автора…

Книга раскрывает мало кому известные до сих пор факты взаимоотношений автора с Агентством печати «Новости», с выходом в издательстве АПН (1975 г.) ее первой книги и ее шествием по многим зарубежным странам. Параллельно прослеживаются осложненные этой книгой и без того драматичные взаимоотношения с А. И. Солженицыным. Многие факты подтверждены приведенными в приложении документами: письмами, заявлениями, телеграммами, выдержками из интервью.

Книга богато проиллюстрирована. Она представит интерес как для читателей, неравнодушных к творчеству А. И. Солженицына, так и для широкого круга любителей мемуарной литературы.

Цветные фотографии, сделанные со слайдов из архива автора, публикуются впервые.

Популярность Стругацких неразрывно связана с научно-фантастическим жанром, в котором они оказались столь талантливы. Автор не пытается систематически исследовать их творческий путь или оценить их место в мировой научной фантастике, а скорее рассматривает творчество писателей с точки зрения истории и эволюции массовой русской литературы, стараясь определить их место в контексте уже устоявшихся литературных и культурных традиций. По мнению Ивонн Хауэлл, в современном контексте правильнее говорить о творчестве Стругацких как об «апокалиптическом реализме».

Книга предназначена для специалистов по истории советской литературы, для студентов и всех заинтересованных читателей.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

В книгу вошел сонетный цикл "Астрофил и Стелла" (всего 108 сонетов и 11 песен) Филипа Сидни (1554-1586). Лишь немногие (около двадцати) из них переводились ранее для сборников и хрестоматий. Прозаический трактат "Защита поэзии" переведен Л.И. Володарской впервые. Книга дополнена сонетным циклом "Некоторые сонеты" (32 стихотворения), который также переведен впервые.

Книга “Батюшков не болен” – художественное исследование судьбы и творчества Константина Николаевича Батюшкова (1787-1855), одного из самых неразгаданных и парадоксальных классиков золотого века русской поэзии. Душевная болезнь рано настигла его, однако наследие оказалось настолько глубоким, что продолжает гипнотизировать читателей. Каждое поколение снова и снова “разгадывает” Батюшкова, и эта книга – еще одна попытка понять его.Писатель Глеб Шульпяков с любовью воссоздаёт обстоятельства личного, литературного и светского быта, в которых отпечатывается бытие поэта. На страницах книги оживают его друзья и близкие, любимые поэты и художники, а также литературные интриги и скандалы того времени. Вместе с Батюшковым читатель путешествует по Германии, Франции, Англии и Италии, проживает исторические события 1812 года, Битвы народов и взятия Парижа, свидетелем и участником которых был поэт.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Книга историка русской философии и теоретика литературы Н.К. Бонецкой о творчестве М.М. Бахтина – плод многолетних исследований, проводившихся в перестроечную эпоху. Авторский подход отмечен характерным для того времени духом свободы – независимости, в частности, и от бахтинского авторитета. Н.К. Бонецкая видит корпус бахтинских текстов в качестве единого целого; через все главы ее труда проходит убежденность в существовании единой философской идеи Бахтина, модусами которой являются категории диалога и карнавала, ставшие общими культурологическими понятиями. Бахтин под пером Н. К. Бонецкой выступает как создатель универсального учения о человеческом существовании, примечательного тем, что философский и литературоведческий его «разделы» не теряют в нем собственной специфики. В книге подняты многочисленные важнейшие проблемы бахтиноведения. При этом бахтинская философия рассматривается автором в контекстах как русской, так и европейской мысли.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Надежда Николаевна Бромлей известна прежде всего в качестве режиссера и драматурга, хотя еще в 1910-х дебютировала в литературе как поэт, близкий к петербургским футуристам. На рубеже 1920–1930-х годов она стала экспериментировать с прозой, но эти ее опыты сначала были освистаны критикой, а затем и вовсе забыты. Однако, как считает Елена Д. Толстая, незаслуженно: приметливый глаз и тонкий слух, выразительный язык и брутальное остроумие позволяют считать Надежду Бромлей серьезным прозаиком. Ее восхитительные фантастические и исторические новеллы всегда касаются революций – будь это Французская революция, мятеж стихий или восстание ангелов. Вольный дух, которым дышит проза Бромлей, отчасти стал причиной такой сложной рецепции, но именно он и делает столь актуальным возвращение к ее забытым произведениям. Монография Елены Толстой о творчестве Н. Н. Бромлей занимает первую часть книги; вторая же включает в себя статьи автора, посвященные другим ярким героям эпохи от Марка Шагала и Евгения Вахтангова до Максимилиана Волошина и Владимира Набокова. Елена Д. Толстая – литературовед, писательница, профессор Иерусалимского университета, автор монографий об Антоне Чехове и Алексее Толстом, а также цикла статей об Андрее Платонове.

Автор — выдающийся теоретик и историк культуры, основатель тартуско-московской семиотической школы. Его читательская аудитория огромна — от специалистов, которым адресованы труды по типологии культуры, до школьников, взявших в руки «Комментарий» к «Евгению Онегину». Книга создана на основе цикла телевизионных лекций, рассказывающих о культуре русского дворянства. Минувшая эпоха представлена через реалии повседневной жизни, блестяще воссозданные в главах «Дуэль», «Карточная игра», «Бал» и др. Книга населена героями русской литературы и историческими лицами — среди них Петр I, Суворов, Александр I, декабристы. Фактическая новизна и широкий круг литературных ассоциаций, фундаментальность и живость изложения делают ее ценнейшим изданием, в котором любой читатель найдет интересное и полезное для себя.Для учащихся книга станет необходимым дополнением к курсу русской истории и литературы.

Талантливый драматург, романист, эссеист и поэт Оскар Уайльд был блестящим собеседником, о чем свидетельствовали многие его современники, и обладал неподражаемым чувством юмора, которое не изменило ему даже в самый тяжелый период жизни, когда он оказался в тюрьме. Мерлин Холланд, внук и биограф Уайльда, воссоздает стиль общения своего гениального деда так убедительно, как если бы побеседовал с ним на самом деле.

С предисловием актера, режиссера и писателя Саймона Кэллоу, командора ордена Британской империи.* * *

«Жизнь Оскара Уайльда имеет все признаки фейерверка: сначала возбужденное ожидание, затем эффектное шоу, потом оглушительный взрыв, падение — и тишина. Каким-то необъяснимым образом он предвидел это в своей сказке о замечательной ракете, которая поднялась как бы ниоткуда в снопе искр, взорвалась, упала на землю и потухла, воскликнув: „Я знала, что произведу сенсацию“».(Мерлин Холланд)

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.