Петербуржец Самуил Лурье — один из лучших российских эссеистов, автор книг «Литератор Писарев», «Толкование судьбы», «Разговоры в пользу мертвых», «Успехи ясновидения» и других. Его новая книга — это хорошо выполненная мозаика из нескольких избранных произведений и отдельных литературных тем, панорама, собранная из разноцветных фрагментов литературы разных эпох.Взгляд Лурье на литературу специфичен, это видение, скорее, не исследователя-литературоведа, а критика, современника, подвластного влиянию поэтики постмодернизма. Взгляд беззастенчивый, восхищенный, но и не признающий личностных авторитетов классиков.

Борис Виан ─ французский писатель, и вообще, человек разнообразных талантов, автор ряда модернистских эпатажных произведений, ставший тем не менее после смерти классиком французской литературы, предсказав бунт нонконформистских произведений 60-х годов XX века.

Романы, которые сам Виан считал главным в своём творчестве, никто не классифицирует как фантастику. Хотя фантастические ситуации и персонажи их буквально переполняют. Вспомните хотя бы производящих таблетки для аптек кроликоавтоматов, выращиваемые из семян оружейные стволы, или людей с птичьими головами из романа «Пена дней». Впрочем, ни при жизни писателя, ни после его смерти, литературные критики так и не определились к какому жанру, направлению, стилю отнести его творчество. Так появился и уже устоялся термин — «виановская» проза…

Очерк переводчика М. Аннинской о яркой краткой жизни Виана был впервые опубликован в журнале «Иностранная литература» 1999, № 11. В сборнике «Блюз для черного кота: Роман, рассказы, пьеса, стихи, песни» (изд-во Эксмо, 2002, Серия «Двадцатый век») этот очерк напечатан в качестве вступительной статьи под названием «Великий мистификатор из Сен-Жермен-де-Пре».

Обучение художественному письму – область культуры, восходящая корнями к античности, но получившая институциональное воплощение только в XX веке. Оно часто вызывает недоверие и иронию со стороны академического сообщества, однако оно же дало толчок к развитию филологии, снабдив исследователей новой оптикой и новыми инструментами анализа, которые позволяют увидеть сочинение художественного текста с точки зрения пишущего. Этот сборник вводит в российское поле гуманитарных наук новое научное направление – creative writing studies, в русской версии – «исследования литературного образования». Авторы затрагивают в своих статьях широкий круг проблем и тем, которые можно считать частью creative writing studies и которые помогают очертить границы направления: от педагогических практик, изучения писательских институций, вопросов статуса писателя и художественной литературы в обществе до социологии и экономики творческого письма, а также последствий развития литературного образования для самой литературы. Сборник состоит из трех разделов: первый посвящен истории становления творческого письма в период с ХVIII до ХX века, второй – отдельным аспектам его теории, а третий – вопросам перевода.

В книгу вошли избранные статьи, заметки, выступления нескольких десятилетий. Принципом авторского отбора текстов стала демонстрация движения словесности от начала 1980-х к середине 2020-х.Первая часть отдана работам, написанным еще в застое, но в атмосфере предчувствия изменений, а начиная с 1986-го, – во времена перестройки и гласности. Во второй части представлена смена литературного языка и полемические работы. Третья часть посвящена проблемам разрушения и формирования канона между эпохами, жанровому репертуару, фикшн и нон-фикшн, автобиографической прозе, а также таким явлениям, как дефолт и девальвация литературы. Пристально прослежена сама литературная жизнь в ее разных проявлениях и институциях.Героев много – от Юрия Трифонова и Фазиля Искандера до Андрея Битова, Владимира Маканина и Георгия Владимова, Александра Солженицына и Владимира Войновича, Татьяны Толстой, Виктора Пелевина, Михаила Шишкина, Владимира Шарова… ряд длинный. Антигероев тоже хватает. Герои и антигерои, персоны и персонажи литературной сцены рубежа ХХ-XXI веков уходят в небытие – или переходят из текста в текст, продолжаясь во времени.

В 1996 году была учреждена новая европейская биеннале — «Манифеста». Цель «Манифесты» — дать возможность молодым художникам из разных стран представить свои работы, при этом особое внимание уделялось участникам из Восточной Европы. В первый год ее существования на биеннале в Роттердам приехали семь независимых художников из Москвы.Олег Кулик вместе с женой и соавтором Людмилой Бредихиной представляли проект под названием «Собака Павлова».

«Темная Башня»… Больше тридцати лет прошло с тех пор, как Стивен Кинг начал писать свой прославленный цикл — сагу из семи книг о Роланде, последнем стрелке. О его приключениях в странном мире, центр которого — Темная Башня…«Путеводитель» создавался Бевом Винсентом в тесном сотрудничестве со Стивеном Кингом. Это — первая попытка рассмотреть все семь томов саги как единое целое. В приложениях даются две хронологии: фактических событий, связанных с публикациями, и вымышленных, происходящих в мире Роланда и параллельных мирах, глоссарий терминов Срединного мира, перечень интернет-ресурсов и полный текст мистической поэмы Роберта Браунинга «Чайльд-Роланд дошел до Темной Башни».

Единственная изданная в России антология современной датской прозы позволит вам убедиться, насколько высок уровень этой литературы, и прочувствовать, что такое истинно нордический стиль. Что же объединяет все эти – такие разные – тексты? С проницательностью и любовью к деталям, с экзистенциальной тревогой и вниманием к психологии, с тонким вкусом к мистике и приверженностью к жесткому натурализму, со всей самоиронией и летучей нежностью к миру 23 датских писателя свидетельствуют о любви, иллюзиях, утраченном прошлом, тяге к свету и саморазрушению, о балансировании на грани воды и воздуха, воды и кромки льда. И, конечно, о счастье и чувстве снега.

Книга, предлагаемая читателям, посвящена современникам поэта, тесно связанным с ним. Это:— друзья А. С. Пушкина по лицею;— лица, введшие поэта в мир практической жизни;— ветераны наполеоновских войн;— персоны, способствовавшие формированию мировоззрения поэта;— официальные лица, в том числе царь Николай I, отношения с которым были у Пушкина весьма противоречивыми — от почитания его как личности до отрицания всей государственной деятельности императора.Словом, это книга о людях, что-то привнёсших в жизнь поэта и оказавших на него влияние в духовном и интеллектуальном плане.

В книгу литературоведа и критика, ведущего книжных программ «Порядок слов» и «Разночтения» на телеканале «Культура» и программы «Книжечки» на радио «Эхо Москвы» вошли 27 бесед о жизни, творчестве и времени с ведущими современными европейскими писателями, чьи имена и произведения хорошо известны читателям в России.

В сборник вошли расшифровки трех лекций петербургского литератора Самуила Ароновича Лурье (1942–2015), посвященных этике, технологии и психологии литературного творчества.

Уже много десятилетий в самых разных странах люди всех возрастов не только с наслаждением читают произведения Джона Р. Р. Толкина, но и собираются на лесных полянах, чтобы в свое удовольствие постучать мечами, опять и опять разыгрывая великую победу Добра над Злом. И все это придумал и создал почтенный оксфордский профессор, педант и домосед, благочестивый католик. Он пришел к нам из викторианской Англии, когда никто и не слыхивал ни о каком Средиземье, а ушел в конце XX века, оставив нам в наследство это самое Средиземье густо заселенным эльфами и гномами, гоблинами и троллями, хоббитами и орками, слонами-олифантами и гордыми орлами; маг и волшебник Гэндальф стал нашим другом, как и благородный Арагорн, как и прекрасная королева эльфов Галадриэль, как, наконец, неутомимые и бесстрашные хоббиты Бильбо и Фродо. Писатели Геннадий Прашкевич и Сергей Соловьев, внимательно изучив произведения Толкина и канву его биографии, сумели создать полное жизнеописание удивительного человека, сумевшего преобразить и обогатить наш огромный мир.знак информационной продукции 16+

Культурный диалог между Россией и Америкой продолжается веками, несмотря на все исторические препятствия. Писатели и философы обеих стран внимательно следили за политическими, социальными и художественными экспериментами друг друга. Реальные и воображаемые путешествия за океан, которые они для этого совершали, помогали им осмыслить опыт другого и лучше понять себя. Эти контакты и фантазии порождали необычные сближения идей и сюжетов. Перечитывая известные тексты русской и американской литературных традиций с точки зрения взаимосвязи двух культур, Александр Эткинд предлагает их новые интерпретации. Как Пушкин читал знаменитый трактат Токвиля, как американский посол вошел в роман Булгакова, а девушка из Ленинграда оказала влияние на финансовых лидеров Америки? Почему переплетаются сюжеты Набокова и Пастернака, и какая история рассказана в письмах Зинаиды Троцкой? Ответы на эти вопросы Эткинд ищет с помощью метода, который он характеризует как «новый историзм». Для этого издания некоторые главы переработаны и дополнены автором. Александр Эткинд – историк культуры и литературовед, профессор Европейского университетского института во Флоренции и Центрально-Европейского университета в Вене. Автор вышедших в НЛО книг «Внутренняя колонизация. Имперский опыт России»; «Кривое горе. Память о непогребенных»; «Природа зла. Сырье и государство».

Каждый жаждущий ответа на вопрос «как относились друг к другу Достоевский и Толстой?» сможет найти его в этой книге.В ней впервые почти с энциклопедической полнотой представлено все, что думали, говорили и писали друг о друге два великих современника. Им, несмотря на обоюдное желание, не суждено было встретиться в этой жизни. Автор книги не ставит целью включение в орбиту читательского внимания критических и литературоведческих трактовок творчества Достоевского и Толстого. На страницах этого издания разворачивается диалог двух великих людей России, который они вели с молодости, понимая, что рано или поздно в пространстве времен встреча состоится.Высота духовного развития каждого из них позволила им, несмотря на отдельные разногласия, отыскать точки соприкосновения, быть братьями по совести.История отношений, включая драматическое «покушение» Н. Н. Страхова на Достоевского, воссоздана в сорока главах, каждая из которых выстраивается вокруг актуальной проблемы не только века позапрошлого, но и нынешнего. В том же ключе написаны и завершающие книгу статьи ее автора.

Толстой и Достоевский — это поистине визитная карточка русской литературы для иностранного читателя. Этими двумя творцами издавна восхищаются за рубежом, их произведения находят всё новые интерпретации, а их мастерством вдохновляются иностранные писатели.

«Ни один английский романист по величию не сравнится с Толстым, столь полно изобразившим жизнь человека как с частной, так и с героической стороны. Ни один английский романист не исследовал душу человека так глубоко, как Достоевский», — говорил знаменитый писатель Э. М. Форстер.

Американский литературный критик, профессор Джордж Стайнер посвятил Толстому и Достоевскому свой знаменитый труд, исследуя глубины сходства двух гениев и пропасти их различия.

Настоящим томом продолжается издание первого научного собрания сочинений М. М. Бахтина, начатое в 1996 г. выходом 5 тома собрания. В составе второго тома — работы автора о русской литературе 1920-х годов — первая редакция его книги о Достоевском (1929), два предисловия к томам полного собрания художественных произведений Л. Н. Толстого (1929) с черновыми архивными материалами к ним, а также (как приложение) — записи домашнего устного курса по истории русской литературы (записи Р. М. Миркиной). Еще одно приложение составляет публикация выписок из немецких философских и филологических сочинений (М. Шелера и Л. Шпитцера), сопровождавших работу автора над книгой о Достоевском, с переводом и комментарием. Том в целом обстоятельно комментирован.

Перед читателем полное собрание сочинений братьев-славянофилов Ивана и Петра Киреевских. Философское, историко-публицистическое, литературно-критическое и художественное наследие двух выдающихся деятелей русской культуры первой половины XIX века. И. В. Киреевский положил начало самобытной отечественной философии, основанной на живой православной вере и опыте восточно-христианской аскетики. П. В. Киреевский прославился как фольклорист и собиратель русских народных песен. Адресуется специалистам в области отечественной духовной культуры и самому широкому кругу читателей, интересующихся историей России.