fb2Английский писатель Лен Дейтон считается одним из самых популярных современных мастеров детективного и шпионского романов, хотя российским читателям до последнего времени он был практически неизвестен. В том включены шпионский роман «Смерть – дорогое удовольствие» и авантюрно-детективный роман «Только когда я смеюсь».
Разведчик-нелегал Пако Аррайя приезжает в Эстонию накануне выборов президента и визита английской королевы. Он должен помочь бывшему коллеге, подавшему сигнал SOS. Однако это простое задание быстро становится одним из самых опасных в его карьере. В тихом Таллине на него открыта настоящая охота, и удастся ли ему выбраться из этой передряги, зависит только от его умения выживать…
Все события этой книги вымышлены. Любые совпадения имен, названий, дат и обстоятельств — случайны. Во всяком случае, так утверждает автор.
В Баку посреди бела дня прямо перед посольством России убит французский консул Арман Шевалье. Беспрецедентный случай! Азербайджанские и российские спецслужбы в панике. Срочно надо найти убийцу, но где его искать? Ведь местным органам безопасности известно, что Шевалье работал сразу на несколько внешних разведок. Кроме того, Азербайджан – сфера интересов многих держав: России, Франции, США, Англии, Израиля, Ирана… Возможно, смерть дипломата – прекрасный повод к резкому обострению противоречий между этими странами. Тогда кому конкретно это выгодно? Спецслужбы Азербайджана не могут найти ответы на эти вопросы, и им ничего не остается, как пригласить к расследованию знаменитого эксперта Дронго…
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «Роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа. В эту книгу входят две первых «фильмы» цикла, в которых описано начало драматического противостояния российской и германской разведок в Первой мировой войне.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «Роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа. В эту книгу входят «фильма» третья и «фильма» четвёртая, действие которых происходит в 1915 году. Это две самостоятельные повести о приключениях германского шпиона Зеппа и русского контрразведчика Алексея Романова.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «Роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа. В эту книгу входят «фильма» третья и «фильма» четвёртая, действие которых происходит в 1915 году. Это две самостоятельные повести о приключениях германского шпиона Зеппа и русского контрразведчика Алексея Романова.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «„Мария“, Мария…» (седьмая фильма) проливает свет на таинственную гибель знаменитого линкора. Восьмая фильма «Ничего святого», рассказывает о покушении на жизнь российского императора.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «„Мария“, Мария…» (седьмая фильма) проливает свет на таинственную гибель знаменитого линкора. Восьмая фильма «Ничего святого», рассказывает о покушении на жизнь российского императора.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «„Мария“, Мария…» (седьмая фильма) проливает свет на таинственную гибель знаменитого линкора. Восьмая фильма «Ничего святого», рассказывает о покушении на жизнь российского императора.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «„Мария“, Мария…» (седьмая фильма) проливает свет на таинственную гибель знаменитого линкора.
Восьмая фильма «Ничего святого», рассказывает о покушении на жизнь российского императора.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
В повести «Операция „Транзит“» (девятой «фильме») рассказывается об отправке из Швейцарии в знаменитом запломбированном вагоне личности, призванной изменить ход русской истории. «Батальон ангелов» (фильма десятая, заключительная) посвящен трагической истории первого в России женского батальона смерти.
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
В повести «Операция „Транзит“» (девятой «фильме») рассказывается об отправке из Швейцарии в знаменитом запломбированном вагоне личности, призванной изменить ход русской истории. «Батальон ангелов» (фильма десятая, заключительная) посвящен трагической истории первого в России женского батальона смерти.
«Смерть на брудершафт» – название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «Странный человек» (пятая «фильма») описывает хитроумную операцию, которую германская разведка проводит в высших кругах петербургского общества. А в «фильме» шестой русский контрразведчик Алексей Романов получает задание, от которого зависит исход гигантского сражения…
«Смерть на брудершафт» – название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «Странный человек» (пятая «фильма») описывает хитроумную операцию, которую германская разведка проводит в высших кругах петербургского общества. А в «фильме» шестой русский контрразведчик Алексей Романов получает задание, от которого зависит исход гигантского сражения…
«Смерть на брудершафт» – название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «Странный человек» (пятая «фильма») описывает хитроумную операцию, которую германская разведка проводит в высших кругах петербургского общества. А в «фильме» шестой русский контрразведчик Алексей Романов получает задание, от которого зависит исход гигантского сражения…
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «Странный человек» (пятая «фильма») описывает хитроумную операцию, которую германская разведка проводит в высших кругах петербургского общества.
А в «фильме» шестой русский контрразведчик Алексей Романов получает задание, от которого зависит исход гигантского сражения…
«Смерть на брудершафт» — название цикла из 10 повестей в экспериментальном жанре «роман-кино», призванном совместить литературный текст с визуальностью кинематографа.
Повесть «Странный человек» (пятая «фильма») описывает хитроумную операцию, которую германская разведка проводит в высших кругах петербургского общества.
А в «фильме» шестой русский контрразведчик Алексей Романов получает задание, от которого зависит исход гигантского сражения…
Специальный агент Дронго тоже имеет право на отдых! Разумеется… Только что же делать, если во время безобидного отпуска в Италии он внезапно становится главным свидетелем в деле о двойном убийстве крупного бизнесмена и его жены — на вечеринке в самом узком кругу! Мотивы? Никаких. Или — слишком много? Подозреваемые? Никто. Или — все приглашенные? Дронго пытается найти разгадку случившегося — и постепенно начинает понимать, что подозрения его, совершенно верные, — слишком неправдоподобны для других…
Специальный агент Дронго тоже имеет право на отдых! Разумеется… Только что же делать, если во время безобидного отпуска в Италии он внезапно становится главным свидетелем в деле о двойном убийстве крупного бизнесмена и его жены — на вечеринке в самом узком кругу! Мотивы? Никаких. Или — слишком много? Подозреваемые? Никто. Или — все приглашенные? Дронго пытается найти разгадку случившегося — и постепенно начинает понимать, что подозрения его, совершенно верные, — слишком неправдоподобны для других…