А был ли Горький? [litres]
Быков Дмитрий Львович
Максим Горький – знаменитейший советский писатель, увековеченный в названиях городов, улиц, самолетов и почти исчезнувший из культурного обихода в новую, постсоветскую эпоху. Много лет его превозносили как «буревестника революции», преданного приверженца и пропагандиста коммунистических идей, а потом за это же осуждали. Между тем он никогда не был стопроцентным большевиком, его творческий метод не укладывается в прокрустово ложе «социалистического реализма», а его биография далека от стандартов пролетарской морали. В книге известного писателя, поэта, историка литературы Дмитрия Быкова Горький предстает незаурядным человеком, выдающимся мастером русской прозы, свидетелем и летописцем великих исторических событий.
|
А было все так…
Чирков Юрий Иванович
Пятнадцатилетним подростком, обвиненным в подготовке покушения на секретаря ЦК КП(б) Украины Косиора и… товарища Сталина, попал Юрий Чирков, автор этой книги, на Соловки. Получил он за «преступление» три года. Правда, тем, кто отсиживал срок, потом добавляли еще, так что на круг выходило и десять лет, и двадцать, иногда и более. Практически же осужденный обречен был нести свой крест пожизненно, ибо тем счастливчикам, кому удавалось выжить и вырваться на свободу, ненавистная статья (или «букет» статей) оставалась клеймом на всю оставшуюся жизнь: она предопределяла, где пребывать человеку, где работать, чем заниматься…Ничего этого семиклассник Юра Чирков в 1935 году еще не знал. Ни он, ни другие, постарше и позрелей, попав на Святой остров, не могли тогда предсказать, что станут Соловки судьбой тысяч и тысяч советских людей, что именно отсюда пойдут ветвиться лагеря: они перебросятся на континент, охватят Север, Сибирь, а потом и Восток, невидимыми нитями опояшут страну, каждого человека, независимо от того, за колючей проволокой он или за ее пределами. Цинично и страшно звучат в книге слова наркома Ежова о том, что все население страны делится на три категории – заключенных, подследственных и подозреваемых.
|
А было это так… Из дневника члена Политбюро ЦК КПСС [litres]
Воротников Виталий Иванович
В книгу видного государственного и политического деятеля СССР и РСФСР вошли его дневниковые записи периода 1982—1999 гг., в которых раскрывается деятельность Политбюро ЦК КПСС, высшего государственного руководства, показывается механизм принятия решений, его закулисная сторона. Автор не ограничивается документальным изложением событий, а дает им оценку, делает выводы, анализирует, размышляет о судьбах страны. Для широкого круга читателей. |
А внизу была земля
Анфиногенов Артем Захарович
«А внизу была земля» — третья книга Артема Анфиногенова, в которой углубленно раскрывается главная тема писателя, наметившаяся в прежних его работах: «Земная вахта» и «Космики» — тема ратного подвига советских людей в годы Отечественной войны. Герои настоящей повести — фронтовые летчики, изображенные в момент высшего драматизма, продиктованного войной, их беззаветный труд во имя победы. Жизненный материал, как всегда у этого автора, документален, но взят он в данном случае не из вторых рук или чьих-то воспоминаний, овеянных дымкой времен, а собран, выношен, осмыслен бывшим летчиком-штурмовиком на боевых путях 8-й воздушной армии, шедшей от донских степей и Сталинграда к Севастополю…
|
А внизу была земля
Анфиногенов Артем Захарович
«А внизу была земля» — третья книга Артема Анфиногенова, в которой углубленно раскрывается главная тема писателя, наметившаяся в прежних его работах: «Земная вахта» и «Космики» — тема ратного подвига советских людей в годы Отечественной войны. Герои настоящей повести — фронтовые летчики, изображенные в момент высшего драматизма, продиктованного войной, их беззаветный труд во имя победы. Жизненный материал, как всегда у этого автора, документален, но взят он в данном случае не из вторых рук или чьих-то воспоминаний, овеянных дымкой времен, а собран, выношен, осмыслен бывшим летчиком-штурмовиком на боевых путях 8-й воздушной армии, шедшей от донских степей и Сталинграда к Севастополю…
|
А давай попробуем!
Корсакова Татьяна Владимировна
Родилась и живет в Беларуси и уже больше десяти лет совмещает врачебную практику с написанием мистических романов. Идея первой книги пришла к ней после рождения старшего сына – вдруг захотелось добавить в обыденность немного сказки. По мнению Татьяны, счастье прячется в мелочах. Летний вечер на даче, крылечко, одно на двоих, чашка крепкого кофе и детский смех – вот оно, настоящее счастье!
|
А дело шло к войне
Кербер Л Л
|
А до Берлина было так далеко
Шатилов Василий Митрофанович
|
А до Берлина было так далеко…
Шатилов Василий Митрофанович
Первая часть книги — ранее изданные воспоминания «На земле Украины», посвященные событиям первых четырех месяцев Великой Отечественной войны на Южном, а затем на Юго-Западном фронте, где автор был начальником штаба 196-й стрелковой дивизии. Во второй части — «А до Берлина было так далеко…» — автор рассказывает о славных боевых делах, высоком воинском мастерстве, мужестве и отваге воинов 182-й стрелковой Дновской дивизии в боях на Северо-Западном фронте с августа 1942 года по апрель 1944 года. Герой Советского Союза генерал-полковник В. М. Шатилов — автор широко известных мемуаров «Знамя над рейхстагом».
|
А зори здесь тихие… «Бессмертный полк» с реальными историями о женщинах на войне
Васильев Борис Львович
Вы держите в руках первую книгу из серии «Бессмертный полк. Классика». Повесть писателя-фронтовика Бориса Васильева «А зори здесь тихие…» – одна из тех пронзительных историй, погрузившись в которую взрослеешь и поднимаешься над собой. И просто невозможно больше быть прежним. Сила воздействия этой истории не зависит от времени, в которое тебе выпало жить – будь то эпоха черно-белого телевидения или 5D-кинотеатров.Вместе с литературными героинями Бориса Васильева своими историями с вами поделятся совершенно реальные женщины – о них, матерях, бабушках – рассказывают их дочери, сыновья, внуки. Эти семейные воспоминания о военном времени – фрагменты единой картины, записанной в генетическом коде нашего народа, которую мы не смеем забывать, ибо забытое повторяется.
|
А может, это просто мираж… Моя исповедь [litres]
Гулькина Наталия Валерьевна
Привычная спокойная жизнь обычной девушки изменилась в одночасье, когда, случайно попав на прослушивание, она была принята солисткой в группу «Мираж», которая появилась в конце 1980 годов. Начались бесконечные гастроли, многочасовые концерты. Пришла популярность. Исполняемые Гулькиной песни были хитами. Но однажды ей пришлось уйти из группы, чтобы пойти своей дорогой. И на эстраде появилась организованная ею группа «Звезды». И снова судьба делает поворот: Наталия совместно с Маргаритой Суханкиной создает дуэт, и они вновь исполняют песни «Миража». Обо всех перипетиях своей жизни, о гастролях, некоторые из которых могли закончиться трагически, о своей семье рассказывает эта книга.
|
А мы с тобой, брат, из пехоты. «Из адов ад»
Драбкин Артем
«Война — ад. А пехота — из адов ад. Ведь на расстрел же идешь все время! Первым идешь!» Именно о таких книгах говорят: написано кровью. Такое не прочитаешь ни в одном романе, не увидишь в кино. Это — настоящая «окопная правда» Великой Отечественной. Настолько откровенно, так исповедально, пронзительно и достоверно о войне могут рассказать лишь ветераны…Хотя Вторую Мировую величают «войной моторов», несмотря на все успехи танков и авиации, главную роль на поле боя продолжала играть «царица полей» пехота. Именно она вынесла на своих плечах основную тяжесть войны. Именно на пехоту приходилась львиная доля потерь. Именно пехотинцы подняли Знамя Победы над Рейхстагом. Их живые голоса вы услышите в этой книге.
|
А мы служили на крейсерах
Васильев Борис Львович
Минувшее столетие не зря окрестили «крейсерским веком» — эти универсальные корабли принимали самое активное участие в обеих Мировых войнах, сражаясь на всех океанах и превратившись в становой хребет флота. И сегодня крейсера являются самыми крупными, мощными и грозными кораблями после авианосцев, а с появление крылатых ракет стали смертельно опасны даже для «повелителей океанов».В этой книге собраны истории о людях, служивших на этих крейсерах, написанные с грустью, юмором и теплом.
|
А почему бы и нет
Наумов Борис Петрович
«А почему бы и нет» — автобиографическая книга с использованием элементов фантастики, лежащих в основе начальных лет жизни автора. Вся последующая жизнь, его поступки, невероятные случаи и происшествия, несмотря на кажущуюся фантастичность, происходили в действительности. С определённой долей юмора описывается нелёгкая доля геолога, работающего в разных местах России: на юге и Крайнем Севере, в горах и глубоко под землёй. |
А раньше - целая жизнь
Макеев В Ф
|
А рассказать тебе сказку?..
Порудоминский Владимир Ильич
Сказки потому и называют сказками, что их сказывают. Сказок много. У каждого народа свои; и почти у всякой сказки есть сестры — сказка меняется, смотря по тому, кто и где ее рассказывает. Каждый сказочник по-своему приноравливает сказку к месту и людям. Одни сказки рассказывают чаще, другие реже, а некоторые со временем совсем забываются.Больше ста лет назад молодой ученый Афанасьев (1826–1871) издал знаменитое собрание русских народных сказок — открыл своим современникам и сберег для будущих поколений бесценные сокровища. Такого собрания нигде в мире нет, и люди благодарно называют его «Сказки Афанасьева».Главное в жизни Афанасьева — глубокая, деятельная любовь к народу. Она и в издании народных сказок, и в его ученых трудах по истории, мифологии, литературе, и в его живом интересе к русскому освободительному движению.Об Афанасьеве известно мало. Большинство материалов о его жизни и трудах хранится в архивах. Автору этой повести, В. Порудоминскому, пришлось совершить длинное путешествие в страну свидетелей прошлого, чтобы отыскать нужные сведения, факты, подробности. «А рассказать тебе сказку?..» — первая книга-биография об Александре Николаевиче Афанасьеве.
|
А теперь об этом
Андроников Ираклий Луарсабович
Книга И.Андроникова отражает все многообразие творческой личности автора, который предстает в ней и как мастер художественного слова, и как критик, публицист, мемуарист, историк литературы, и как знаток музыки и живописи. Это статьи и воспоминания о Заболоцком, Тынянове, А.Толстом, Т.Табидзе, Маршаке, Гамзатове, Качалове и многих других наших писателях, актерах и художниках.
|
А ты не вернулся
Лоридан-Ивенс Марселин
29 февраля 1944 года пятнадцатилетняя Марселин Лоридан-Ивенс была арестована вместе со своим отцом во время облавы. Их отправили в концлагерь, но разделили: отец оказался в Освенциме, она — в Биркенау. «Я не вернусь» — фраза отца, обернувшаяся пророчеством. В память Марселин она впечаталась на всю жизнь.Семьдесят лет спустя она пишет ему письмо, в котором рассказывает о своем заключении, освобождении и последующей жизни. Это письмо — попытка представить историю отца и дочери, которую не суждено было прожить. Это мемуары о судьбах, разрушенных Холокостом, о поиске смысла и призвания в послевоенном мире.Книга удостоена премии Жан-Жака Руссо.Марселин Лоридан-Ивенс (1928–2018) — французская сценаристка, режиссер и писательница. Жюдит Перриньон (р. 1967) — французская журналистка и эссеистка.
|
А что это я здесь делаю? Путь журналиста
Кинг Ларри
Ларри Кинг, ведущий ток-шоу на канале CNN, за свою жизнь взял более 40 000 интервью. Гостями его шоу были самые известные люди планеты: президенты и конгрессмены, дипломаты и военные, спортсмены, актеры и религиозные деятели. И впервые он подробно рассказывает о своей удивительной жизни: о том, как Ларри Зайгер из Бруклина, сын еврейских эмигрантов, стал Ларри Кингом, «королем репортажа»; о людях, с которыми встречался в эфире; о событиях, которые изменили мир. Для широкого круга читателей. |
А-бомба. От Сталина до Путина
Губарев Владимир Степанович
История создания советского ядерного оружия остается одним из самых драматичных и загадочных сюжетов XX века. Даже, несмотря на то, что с 29 августа 1949 года, когда на Семипалатинском полигоне была испытана первая атомная бомба, прошло 70 лет. Ведь все эти годы наша страна продолжает вести тайную войну с Западом. Эта книга необычная по двум причинам. Во-первых, о создании отечественного ядерного и термоядерного оружия рассказывают те самые ученые, которые имеют к этому прямое отношение. Во-вторых, они предельно откровенны, потому что их собеседник – человек, посвятивший изучению истории «Атомного проекта СССР» более полвека своей жизни, а потому многие страницы этой истории известны ему лучше, чем самим ученым – все-таки секретность властвовала над судьбами всех. Коллекционное издание «А-Бомба. От Сталина до Путина» иллюстрировано множеством ранее секретных фотографий, где запечатлены отдельные эпизоды создания советского ядерного меча и щита. Они позволяют по-новому взглянуть на то, о чем рассказал автор.
|