Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Коллектив авторов
Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.
|
Академик Ландау; Как мы жили
Ландау-Дробанцева Кора
Конкордия Терентьева Ландау-Дробанцева (1908–1984), жена гениального физика Льва Ландау, начала писать свои воспоминания после смерти мужа в 1968 году и работала над ними более десяти лет… Получилось три солидного тома. Переплетенные, дополненные фотодокументами, они в виде самиздата какое-то время циркулировали в среде ученых-физиков, но вскоре почти все экземпляры были уничтожены академиками и их женами, которые ханжески возмущались этим откровенным текстом, шокирующими подробностями личной жизни великих умов СССР и нелицеприятными оценками «неприкасаемых». Но «рукописи не горят», и появление воспоминаний Коры Ландау в виде книги — лишнее тому подтверждение.«Эти воспоминания я писала только самой себе, не имея не малейшей надежды на публикацию. Чтобы распутать сложнейший клубок моей жизни, пришлось залезть в непристойные мелочи быта, в интимные стороны человеческой жизни, сугубо скрытые от посторонних глаз, иногда таящие так много прелести, но и мерзости тоже. Писала я только правду, одну правду…».Кора Ландау-Дробанцева
|
Академик Ландау. Как мы жили
Ландау-Дробанцева Конкордия Терентьевна
Конкордия Терентьевна Ландау-Дробанцева (1908 —1984), жена гениального физика Льва Ландау, начала писать свои воспоминания после смерти мужа в 1968 году и работала над ними более десяти лет... Получилось три солидных тома. Переплетённые, дополненные фотодокументами, они в виде самиздата какое-то время циркулировали в среде учёных-физиков, но вскоре почти все экземпляры были уничтожены академиками и их жёнами, которые ханжески возмущались этим откровенным текстом, шокирующими подробностями личной жизни великих умов СССР и нелицеприятными оценками «неприкасаемых». Но «рукописи не горят», и появление воспоминаний Коры Ландау в виде книги — лишнее тому подтверждение. «Эти воспоминания я писала только самой себе, не имея ни малейшей надежды на публикацию. Чтобы распутать сложнейший клубок моей жизни, пришлось залезть в непристойные мелочи быта, в интимные стороны человеческой жизни, сугубо скрытые от посторонних глаз, иногда таящие так много прелести, но и мерзости тоже. Писала я только правду, одну правду...» |
Академик Николай Амосов: «Я живу российскими интересами» : [по материалам беседы с Н. М. Амосовым]
Есипов Валерий Васильевич
Среди знаменитых вологжан, живущих вне пределов России, Николай Михайлович Амосов — самая крупная и самая загадочная фигура. Широким слоям населения он известен как хирург и пропагандист здорового образа жизни. Но этим его деятельность далеко не исчерпывается. Многое можно узнать в Интернете, где 86-летний академик недавно открыл свой сайт. Но живое общение незаменимо. В Киеве, где почти 50 лет живет наш земляк, побывал журналист областного телевидения Валерий Есипов.Статья из: Вологодская неделя. — 2000. — 16–23 ноября
|
Академик С.П. Королёв
Асташенков Петр Тимофеевич
Вся жизнь Сергея Павловича Королева - это непрерывное творчество, это научный поиск идей и решений, это труд над проектами новых образцов техники, в осуществлении которых участвовали большие коллективы. Книга о Королеве показывает, в чем сила и значение его как конструктора-новатора, организатора науки, общественного деятеля, показывает качества, счастливо соединившиеся в Сергее Павловиче, в их становлении и развитии.
|
Академия Родная
Ломачинский Андрей Анатольевич
"Академия родная" - это целый взвод уморительных курсантских историй, смешное чтиво как для военных, так и для тех, кто к погонам никакого отношения не имеет. Все истории реальны и написаны от первого лица одним из бывших курсантов. Воспоминания военного медика об учебе в ленинградской Военно-Медицинской Краснознаменной Академии читаются непринужденно, быстро, а главное, с невероятным удовольствием.
|
Аквариум - 3
Кадетов Александр
Что знают широкие круги читателей о Главном разведывательном управлении (ГРУ) Генштаба Вооруженных Сил — самой молчаливой шпионской службе Советского Союза, а ныне Российской Федерации? Да фактически ничего. Автор этой повести — полковник запаса, прослуживший в Главном управлении более 30 лет, — с потрясающей правдивостью рассказывает о нелегкой службе военных разведчиков, о том, как одни оперативные офицеры становятся героями, а кто-то выбирает позорный путь предательства и измены.
|
Аквариум – 3
Кадетов Александр
Что знают широкие круги читателей о Главном разведывательном управлении (ГРУ) Генштаба Вооруженных Сил – самой молчаливой шпионской службе Советского Союза, а ныне Российской Федерации? Да фактически ничего. Автор этой повести – полковник запаса, прослуживший в Главном управлении более 30 лет, – с потрясающей правдивостью рассказывает о нелегкой службе военных разведчиков, о том, как одни оперативные офицеры становятся героями, а кто-то выбирает позорный путь предательства и измены.
|
Аквариум как способ ухода за теннисным кортом
Гаккель Всеволод
«Аквариум как способ…» – не только первый писательский опыт Гаккеля, но и первый взгляд на историю группы изнутри. Книга повествует о счастливых рок-н-ролльных 70–80-х, уводит читателя за кулисы концертной жизни музыкантов. Она представляет интерес не только для поклонников «Аквариума», а также для всех тех, кто интересуется историей российской рок-музыки.…на всех 365 страницах подробно изложена Большая Обида Гаккеля, под знаком которой, если верить этим записям, прошла вся жизнь Гаккеля с момента его физического ухода из «Аквариума». Обида не столько за то, что Гребенщиков использует название «Аквариум» для группы, в которой никого, кроме него самого, из старого состава нет. Скорее за непонимание и, как кажется Гаккелю, нежелание понимать. Именно поэтому книга предназначена, может быть неосознанно, БГ – чтобы объяснить тому свои мысли и свою оценку происходящего. Все это было бы абсолютно неинтересно постороннему читателю, но помимо выяснений отношений с собой и бывшими друзьями в книге весьма занимательно и по-новому изложена история не только «Аквариума», но и всей музыкальной тусовки 70-х – 80-х, а также того периода, который мало отражен в литературе – 90-х.Биография «Аквариума» давно стала мифом, причем существуют канонические тексты и апокрифы. БГ с его любовью к туманным формулировкам и манере говорить так, что никто никогда не знает, шутит он или всерьез, немало этому мифотворчеству поспособствовал. Книга Гаккеля, несмотря на то, что написана от лица участника событий, – это взгляд человека почти со стороны.Судя по его словам, он никогда не был полностью включен в эту тусовку, многого в ней не понимал и не принимал, что и послужило в итоге причиной ухода. Хотя, конечно, приходится лишь верить ему на слово, отдавая себе отчет в очевидной необъективности автора. …Конечно, можно усмехаться, глядя на обиду Гаккеля на Гребенщикова, учитывая, что первый ухаживает за теннисным кортом под Питером, а второй записывает альбомы и дает концерты. Но понять, кто там был прав, кто виноват, все равно невозможно. Так что лучше при чтении книги просто оценить еще раз масштаб личности Гребенщикова, былую дружбу с которым люди не могут забыть десятилетиями. И погрузиться в интересную и толково описанную атмосферу питерских тусовок советского периода.Святослав Бирюлин (ЗВУКИ.РУ)
|
Аквариум-2
Никольский Виталий Александрович
Автор — генерал-майор в отставке — прослужил в системе Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба более 30 лет. Он правдиво рассказал, что видел и пережил на своём военном веку. Перед читателем Предстаёт совсем другое ГРУ, чем в скандально известной книге, которую написал несколько лет назад бывший сотрудник военной разведки майор Владимир Резун (литературный псевдоним — Суворов), изменивший Родине и присяге и бежавший в Великобританию.
|
Аквариум. Геометрия хаоса
Кушнир Александр Исаакович
В большинстве своём мифы повествуют о том, как рождаются миры: как из непредсказуемого хаоса возникает стройный космос. Книга Александра Кушнира тоже посвящена основному космогоническому процессу — в ней подробно и скрупулёзно, с привлечением неожиданных свидетельств и не публиковавшихся прежде документов повествуется о том, как из ленинградского сумбура и бардака во дворах-колодцах и охтинских катакомбах появился уютный архипелаг смыслов под названием «Аквариум». Возникла группа, которая уже давно является таким же фигурантом мифологии города на Неве, как Медный всадник или легенда о зайце, давшем своё видовое имя острову, где расположилась Петропавловская крепость.
|
Аксаков (Жизнь замечательных людей[923])
Лобанов Михаил Петрович
Сергей Тимофеевич Аксаков, как и его сыновья Константин и Иван, — ярчайшие представители течения, получившего название «славянофильства», — оставили значительный след в русской культуре и общественной жизни. Любовью к родной земле и ее истории исполнены самые значительные произведения С. Т. Аксакова «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука», вошедшие в сокровищницу русской литературы XIX века.Известный критик и литературовед Михаил Лобанов проникновенно повествует о жизни этой удивительной семьи и прежде всего ее главы — Сергея Тимофеевича, о той неповторимой теплоте и искренности, которые были свойственны их отношениям.2-е издание, исправленное и дополненное.
|
Аксаковы. Их жизнь и литературная деятельность
Смирнов В. Д.
Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф.Ф.Павленковым (1839-1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют ценность и по сей день. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия.
|
Аксель Берг
Ерофеев Юрий Николаевич
Эта книга о крупном ученом-радиотехнике, академике, Герое Социалистического Труда, адмирал-инженере Акселе Ивановиче Берге (1893–1979). Он начал службу на судах и подводных лодках Российского военно-морского флота, принимал участие в Первой мировой войне, подвергся репрессиям в конце 1930-х годов, работал заместителем министра обороны при Н. А. Булганине и Г. К. Жукове, явился основателем и руководителем двух институтов: Военно-морского института связи и Института радиотехники и электроники Академии наук СССР. Выдающийся организатор науки, он сыграл огромную роль в развитии отечественной радиоэлектроники и кибернетики.знак информационной продукции 16+
|
Аксенов
Петров Дмитрий Павлович
Этот писатель стал легендой еще при жизни. Казалось бы — один из крупнейших молодых советских прозаиков, ставший американским, а потом, наконец, международным — он широко известен. Но это иллюзия. Непростая судьба и труд знаменитого автора «Коллег», «Звездного билета», «Ожога», «Московской саги» и других популярных повестей и романов — Василия Аксенова — всегда были темой сплетен, доносов, баек, мифов. Его многочисленные рассказы, стихи, очерки, интервью и сегодня вызывают интерес. Книга Дмитрия Петрова — итог работы с сотнями текстов, десятками людей — родных, друзей, недругов и критиков Аксенова. Это — отважная попытка рассказать о нем правду. А может, сделать Аксенова еще большей загадкой?..
|
Аксенов
Кабаков Александр
Книга «Аксенов» Александра Кабакова и Евгения Попова — больше чем мемуары. Это портрет Художника на фоне его Времени, свободный разговор свободных людей о близком человеке, с которым им довелось дружить многие годы бурной, гротескной, фантасмагорической советской и постсоветской жизни. Свидетельства из первых уст, неизвестные истории и редкие документы опровергают устоявшиеся стереотипы восприятия и самого писателя, и его сочинений.
|
Актерская книга
Козаков Михаил Михайлович
"Для чего наш брат актер пишет мемуарные книги?" — задается вопросом Михаил Козаков и отвечает себе и другим так, как он понимает и чувствует: "Если что-либо пережитое не сыграно, не поставлено, не охвачено хотя бы на страницах дневника, оно как бы и не существовало вовсе. А так как актер профессия зависимая, зависящая от пьесы, сценария, денег на фильм или спектакль, то некоторым из нас ничего не остается, как писать: кто, что и как умеет. Доиграть несыгранное, поставить ненаписанное, пропеть, прохрипеть, проорать, прошептать, продумать, переболеть, освободиться от боли". Козаков написал книгу-воспоминание, книгу-размышление, книгу-исповедь. Автор порою очень резок в своих суждениях, порою ядовито саркастичен, порою щемяще беззащитен, порою весьма спорен. Но всегда безоговорочно искренен.
|
Актеры
Гарянов Павел Абрамович
ОТ АВТОРА Мои дорогие читатели, особенно театральная молодежь! Эта книга о безымянных тружениках русской сцены, русского театра, о которых история не сохранила ни статей, ни исследований, ни мемуаров. А разве сражения выигрываются только генералами. Простые люди, скромные солдаты от театра, подготовили и осуществили величайший триумф русского театра. Нет, не напрасен был их труд, небесследно прошла их жизнь. Не должны быть забыты их образы, их имена. В темном царстве губернских и уездных городов дореволюционной России они несли народу свет правды, свет надежды. Пусть знает молодое поколение советских актеров, строящих самое идейное, самое совершенное и передовое советское искусство, о тех незаметных, скромных людях, которые в тяжелых условиях полицейско-царского произвола неустанно творили свое благородное дело. |
Актеры зарубежного кино. Выпуск 3
Брагинский Александр Владимирович
|