В июле 1940 года Сталин назначил начальником советской военной разведки бывшего командующего 6-й армии Филиппа Голикова. В самые критически важные месяцы накануне Великой Отечественной войны этот человек руководил Разведупром Генштаба Красной Армии. Что именно он докладывал руководству СССР о планах Германии? Как он оценивал деятельность своих подчиненных? И какие важные и секретные поручения Вождя выполнял осенью 1941 года? Об этом и многом другом Филипп Голиков рассказал в своих «записках», которые много лет хранились в спецхране.

«Записки невролога. Прощай, Петенька!» – это уникальный сборник курьезных и смешных историй. Вас ждут врачебные воспоминания и впечатления автора, действующего невролога, чьи рассказы уже отозвались в сердцах многих читателей.

В сборник Смирнова Алексея вошли не только комичные случаи из врачебной практики, но также и авторские юмористические рассказы о медиках, пациентах и жизни, что порой настолько тяжела, что и смеяться и плакать хочется.

Мемуарная проза замечательного переводчика, литературоведа Е.Г. Эткинда (1918–1999) — увлекательное и глубокое повествование об ушедшей советской эпохе, о людях этой эпохи, повествование, лишенное ставшей уже привычной в иных мемуарах озлобленности, доброе и вместе с тем остроумное и зоркое. Одновременно это настоящая проза, свидетельствующая о далеко не до конца реализованном художественном потенциале ученого.«Записки незаговорщика» впервые вышли по-русски в 1977 г. (Overseas Publications Interchange, London). В том же году был издан перевод на французский (Dissident malgre lui. Albin Michel, Paris), в 1978 — на английский (Notes of a Non-conspirator. Oxford University Press, London & Oxford), в 1981 — на немецкий (Unblutige Hinrichtung. Deutsche Taschenbuch Verlag, Miinchen).Автор собирался пересмотреть и дополнить книгу для первого российского издания, но не успел осуществить свое намерение. Книга выходит как документ своего времени, без изменений и сокращений. Редакция сочла необходимым только дать ряд примечаний, выверить цитаты, а также уточнить или расшифровать некоторые имена. Неоценимую помощь при подготовке издания оказала Н. О. Гучинская, профессор РГПУ им. Герцена.На переплете использован фотопортрет автора работы Нины Аловерт.

Известный актер театра и кино, заслуженный артист России Владимир Долинский повествует о превратностях актерской и человеческой судьбы, о десятках сыгранных им ролей, о встречах и работе с ушедшими великими русскими актерами, о своих друзьях.Как пишет в предисловии Юлий Гусман, "в новой книге Долинского столько доброго, интересного и очень уважительного рассказывается о бродячем племени артистов российской антрепризы, с трудом выживающих в джунглях "рыночной экономики", что сразу понимаешь - это все и про автора. Про честь и достоинство художника. Про любовь и ненависть. Про дружбу и предательство. В общем, про жизнь.".

Книга М. Любимова необычна. Это пронизанное юмором повествование о похождениях советского разведчика. Сам автор — бывший полковник разведки КГБ, ныне литератор.

Раньше я вместе со всеми посмеивался над этими безумными мамашками. Мы пошли. Мы поели. Или даже лучше – мы покакали. Вместе какали? На брудершафт? Вы что, циркачи? Теперь же, после рождения сына, мне, старому дураку, не надо объяснять, что такое «у нас» температура. Тебе никогда не будет хорошо, пока будет плохо ему. Эта маленькая книжка – моё признание в любви сыну.

Книга «Записки нетрезвого человека» содержит «Оптимистические записки» (1967) и «Записки нетрезвого человека» (1999).

Впервые под одной обложкой объединены два произведения автобиографической прозы Александра Володина, представляющие собой не только историю жизни автора на фоне духовной жизни страны, но и единое художественное целое.

Издание включает обширные комментарии.

Меня зовут Товий Баевский. Я родился в 1962 году в городе Свердловске.Окончил с отличием Свердловский Государственный Медицинский Институт. Работал в больницах и поликлиниках в Свердловске и Ленинграде. В 1991 г. переехал в Израиль.В первый год после приезда учил иврит, одновременно работая разнорабочим, маляром, трактористом, помощником электрика, рабочим на хлебной фабрике, распространителем «Гербалайфа», заправщиком автомобилей. После обучения на курсах по подготовке к экзамену на медицинскую лицензию, сдал экзамен и через 3 месяца получил стипендию от Министерства Здравоохранения. Был принят в терапевтическое отделение крупной государственной больницы «Ассаф Арофэ».После полугода работы получил место врача в приемном покое той же больницы, где и проработал около года. Одновременно начал дежурить в качестве врача реанимационной бригады скорой помощи, где продолжал работать в течение 5 лет, уже будучи семейным врачом.Затем получил место резидента в терапевтическом отделении, проходил специализацию по внутренним болезням в течение двух лет. За это время несколько раз был призван на военные сборы, прошел курс для военных врачей и, получив звание лейтенанта, а затем и капитана мед. службы, продолжаю ежегодно по месяцу служить военным эскулапом на различных базах израильской армии.Постепенно понял, что работа в больнице в качестве терапевта меня не привлекает, так как основное содержание этой работы — быстрая конвейерная починка больных организмов, без учета того, что кроме организма, у пациента имеется еще и личность.После двух лет работы в терапии перевелся на специализацию по семейной медицине.Выполняя программу специализации и обучаясь на семейного врача, по несколькомесяцев отработал в детской больнице «Шнайдер», в ортепедическом отделении больницы «Ха-Шарон», кожном отделении больницы «Бейлинсон», психиатрической больнице «Гея», дежурил в приемном покое больницы «Мааяней Ишуа», работал в поликлинике больничной кассы «Клалит».После окончания полного 4-х летнего курса специализации, сдал квалификационные экзамены и в апреле 2000 года получил звание семейного врача-специалиста (Family Practice).Сейчас я работаю семейным врачом в больничной кассе, последние три года заведовал поликлиникой, одновременно занимаюсь частной практикой как семейный врач.Прошел ряд курсов повышения квалификации и профессиональных семинаров.Кроме того, занимаюсь наукой, публикуюсь в научных журналах и выступаю на медицинских конференциях.Женат, воспитываю двоих сыновей и дочку. Жена — дипломированный экскурсовод, проводит экскурсии по Израилю для русскоязычных туристов.В свободное время, которого катастрофически не хватает, пишу записки о работе врачом и отвечаю на вопросы посетителей сайта. Об Израиле и его медицине я написал серию записок, которые довольно широко разошлись по интернету. Они опубликованы в библиотеке Мошкова и еще в почти в пятидесяти электронных библиотеках, а также в журнале Медицинского центра Крюгера и в газете «Вести».

В «Записках» повествуется о событиях революции и гражданской войны, очевидцем и участником которых был автор. Описаны встречи и даны меткие характеристики видных деятелей партии (в том числе и Льва Троцкого, с которым Садуль был близко знаком) и Советского государства того периода.

Евлалия Павловна Казанович (1885–1942) стояла у истоков Пушкинского Дома, в котором с 1911 года занималась каталогизацией материалов, исполняла обязанности библиотекаря, помощника хранителя книжных собраний, а затем и научного сотрудника. В публикуемых дневниках, которые охватывают период с 1912 по 1923 год, Казанович уделяет много внимания не только Пушкинскому Дому, но и Петербургским высшим женским (Бестужевским) курсам, которые окончила в 1913 году. Она пишет об известных писателях и литературоведах, с которыми ей довелось познакомиться и общаться (А. А. Блок, Ф. К. Сологуб, Н. А. Котляревский, И. А. Шляпкин, Б. Л. Модзалевский и многие другие) и знаменитых художниках А. Е. Яковлеве и В. И. Шухаеве. Казанович могла сказать о себе словами любимого Тютчева: «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые…»; переломные исторические события отразились в дневниковых записях в описаниях повседневного быта, зафиксированных внимательным наблюдателем.

Писатель Валентин Катаев прошел три войны – Первую мировую, Гражданскую и Великую Отечественную. Не окончив гимназию, в 1915 году поступил добровольцем в действующую армию. Позже принял участие во Второй мировой, где был военным корреспондентом. В прессе стали появляться его рассказы и публицистические статьи, посвященные фронтовой жизни, а также фотографии, сделанные автором.«Записки о войне» – книга очерков, путевых заметок и дневников, честный и непредвзятый рассказ о буднях, тяготах и лишениях времен войны, о сильном духе бойцов, о братстве воинов на линии огня, о мыслях и делах человека, находящегося между жизнью и смертью.В.П. Катаев очень точно и проникновенно передал те события, которые неожиданно обрушились на мир в XX веке и участником которых ему пришлось стать.

В книге, представляющей собой дневник бывшего начальника итальянского генерального штаба маршала Уго Кавальеро, прослеживающего события на различных театрах военных действий, где находились итало-фашистские войска: на советско-германском фронте, в Албании, Греции и Северной Африке.Дневник содержит документальные записи совещаний и переговоров, которые вело итальянское верховное командование с политическими руководителями страны и представителями военного командования гитлеровской Германии.

Записки Гая Юлия Цезаря (100-44 гг. до н.э.), величайшего полководца и государственного деятеля, – это не только замечательный источник по истории политических отношений античной эпохи, но и произведение, которое можно отнести и к документальной хронике, и к мемуарам, и к военной прозе.

В 1854 году в журнале был напечатан «Опыт биографии Н. В. Гоголя» Кулиша, заключавший в себе множество драгоценных материалов для изучения жизни и характера нашего великого писателя. С того времени автор, посвятивший себя этому прекрасному делу, неутомимо работал, собирая новые материалы.Он ездил в Малороссию, был в родовой деревне Гоголя, виделся с почтенною матерью автора «Мертвых душ», Марьею Ивановною Гоголь, услышал от нее много воспоминаний о сыне, получил позволение пользоваться письмами Гоголя к ней и сестрам. Племянник Гоголя и издатель его сочинений, Н. П. Трушковский, также познакомил его с своею огромною коллекциею писем Гоголя. С. Т. Аксаков, который лучше всех других друзей Гоголя знал его, не только сообщил автору «Опыта биографии» письма Гоголя, но и составил для него извлечение из «Истории своего знакомства с Гоголем». А. С. Данилевский, князь В. Ф. Одоевский, М. П. Погодин, г-жа А. С. Смирнова, М. С. Щепкин и многие другие из близких знакомых Гоголя предоставили в его распоряжение корреспонденцию свою с Гоголем и воспоминания о нем. Ф. В. Чижов написал записку о своих встречах с Гоголем. Благодаря этим богатым материалам биография в новой редакции приобрела объем втрое больший того, какой имела прежде, и теперь явилась в двух довольно толстых томах. Дополнения к прежней редакции далеко превосходят ее своею массою. Конечно, не все из них имеют одинаковую цену; но нет ни одного, которое не было бы интересно в том или другом отношении, а многие решительно неоценимы по своей важности, особенно материалы, полученные от г-жи М. И. Гоголь, от С. Т. Аксакова, А. С. Данилевского, А. С. Смирновой и М. С. Щепкина. Почти все хронологические пробелы, оставленные в биографии Гоголя письмами Гоголя к М. А. Максимовичу и П. А. Плетневу, служившими главным пособием при составлении «Опыта биографии», восполнены теперь обильными извлечениями из новых материалов, и автор имел полное право считать новую редакцию своего труда совершенно новым трудом. Он выразил этот взгляд тем, что в настоящем издании дал своему сочинению новое заглавие. В первом томе «Записок о жизни Н. В. Гоголя» новых материалов не менее, нежели сколько перешло в него прежних, из «Опыта биографии», а второй том, обнимающий время с 1842—1844 годов до кончины Гоголя, почти весь составился из новых материалов: в «Опыте биографии» этот период занимал не более 50 страниц.Конечно, материалы, столь богатые, еще далеко не полны. Сам автор чувствует это живее, нежели кто-нибудь; потому-то и выпустил он из заглавия своей книги слово «биография», говоря тем, что время для полной биографии Гоголя еще не пришло. Но если и в прежней редакции труд его представлял довольно данных для пояснения некоторых важных вопросов о судьбе и характере человека, после «Мертвых душ» напечатавшего «Выбранные места из переписки с друзьями», то в настоящем своем виде «Записки о жизни Н. В. Гоголя» еще положительнее объясняют и эти вопросы и многие другие факты, которых не касался «Опыт биографии». Полноты и совершенной удовлетворительности в нашем знании Гоголя как человека нет еще и теперь; но многое в его жизни мы знаем теперь несравненно точнее, нежели прежде. Новое издание — или новая книга — тем вернее достигает своей цели, что от своего лица автор не прибавил ничего. Он понял, что дело собирателя фактов важнее и выше всяких размышлений на готовые темы, и, перепечатав «Опыт биографии», обогатил его единственно фактами, а не фразами.

В 1854 году в журнале был напечатан «Опыт биографии Н. В. Гоголя» Кулиша, заключавший в себе множество драгоценных материалов для изучения жизни и характера нашего великого писателя. С того времени автор, посвятивший себя этому прекрасному делу, неутомимо работал, собирая новые материалы.Он ездил в Малороссию, был в родовой деревне Гоголя, виделся с почтенною матерью автора «Мертвых душ», Марьею Ивановною Гоголь, услышал от нее много воспоминаний о сыне, получил позволение пользоваться письмами Гоголя к ней и сестрам. Племянник Гоголя и издатель его сочинений, Н. П. Трушковский, также познакомил его с своею огромною коллекциею писем Гоголя. С. Т. Аксаков, который лучше всех других друзей Гоголя знал его, не только сообщил автору «Опыта биографии» письма Гоголя, но и составил для него извлечение из «Истории своего знакомства с Гоголем». А. С. Данилевский, князь В. Ф. Одоевский, М. П. Погодин, г-жа А. С. Смирнова, М. С. Щепкин и многие другие из близких знакомых Гоголя предоставили в его распоряжение корреспонденцию свою с Гоголем и воспоминания о нем. Ф. В. Чижов написал записку о своих встречах с Гоголем. Благодаря этим богатым материалам биография в новой редакции приобрела объем втрое больший того, какой имела прежде, и теперь явилась в двух довольно толстых томах. Дополнения к прежней редакции далеко превосходят ее своею массою. Конечно, не все из них имеют одинаковую цену; но нет ни одного, которое не было бы интересно в том или другом отношении, а многие решительно неоценимы по своей важности, особенно материалы, полученные от г-жи М. И. Гоголь, от С. Т. Аксакова, А. С. Данилевского, А. С. Смирновой и М. С. Щепкина. Почти все хронологические пробелы, оставленные в биографии Гоголя письмами Гоголя к М. А. Максимовичу и П. А. Плетневу, служившими главным пособием при составлении «Опыта биографии», восполнены теперь обильными извлечениями из новых материалов, и автор имел полное право считать новую редакцию своего труда совершенно новым трудом. Он выразил этот взгляд тем, что в настоящем издании дал своему сочинению новое заглавие. В первом томе «Записок о жизни Н. В. Гоголя» новых материалов не менее, нежели сколько перешло в него прежних, из «Опыта биографии», а второй том, обнимающий время с 1842—1844 годов до кончины Гоголя, почти весь составился из новых материалов: в «Опыте биографии» этот период занимал не более 50 страниц.Конечно, материалы, столь богатые, еще далеко не полны. Сам автор чувствует это живее, нежели кто-нибудь; потому-то и выпустил он из заглавия своей книги слово «биография», говоря тем, что время для полной биографии Гоголя еще не пришло. Но если и в прежней редакции труд его представлял довольно данных для пояснения некоторых важных вопросов о судьбе и характере человека, после «Мертвых душ» напечатавшего «Выбранные места из переписки с друзьями», то в настоящем своем виде «Записки о жизни Н. В. Гоголя» еще положительнее объясняют и эти вопросы и многие другие факты, которых не касался «Опыт биографии». Полноты и совершенной удовлетворительности в нашем знании Гоголя как человека нет еще и теперь; но многое в его жизни мы знаем теперь несравненно точнее, нежели прежде. Новое издание — или новая книга — тем вернее достигает своей цели, что от своего лица автор не прибавил ничего. Он понял, что дело собирателя фактов важнее и выше всяких размышлений на готовые темы, и, перепечатав «Опыт биографии», обогатил его единственно фактами, а не фразами.

Работа текстолога сродни работе детектива. В книгу исследователя творчества Михаила Булгакова, известного текстолога Лидии Яновской вошли работы, написанные в разные годы, но, к сожалению, так и оставшиеся неизвестными широкому читателю. Многолетнее изучение жизни и творчества писателя, работа над рукописями, дружба с вдовой Булгакова — Еленой Сергеевной привели Яновскую к созданию удивительной книги, наполненной малоизвестными фактами и текстологическими открытиями.

«Записки о польских заговорах и восстаниях 1831–1862 годов» Николая Васильевича Берга основаны на нелегальной литературе и неопубликованных ранее документах официальных архивов. Сам автор являлся непосредственным участником событий 1863 года, когда в Польше вспыхнула очередная смута. Он наблюдал за развивающимися событиями и публиковал соответствующие заметки о польском бунте в «Санкт-Петербургских ведомостях». В конце 1864 года наместник Царства Польского граф Ф.Ф.Берг предложил ему собрать материал для истории польского восстания. Отдельной книгой «Записки» были опубликованы в 1873 году.

Талантливых натур среди декабристов было много, и Пущин по праву заслужил эту характеристику. Он был и талантливой натурой, и замечательным общественным деятелем, и стойким убежденным участником революционного движения 20-х годов XIX столетия.Первый друг А. С. Пушкина, он оставил в нашей мемуарной литературе такое ценное наследство, как Записки – обстоятельный и достоверный документ для характеристики Пушкина-лицеиста.В настоящем издании, кроме Записок, помещено 256 писем И. И. Пущина. До последнего времени их выявлено около семисот. Больше двух третей из общего числа печатаемых писем относится к тридцатилетнему пребыванию Пущина в тюрьмах и на поселении. В них имеется разнообразный материал для знакомства с историческими и бытовыми условиями.

«Записки» полковника русской службы Христофора Манштейна (1711–1757) — ценный источник по истории России первой половины XVIII века. Как человек, близкий к русскому двору, Манштейн оставил характеристики своих современников, государственных деятелей России этого времени, дал ценное описание дворцовых интриг и переворотов, а также военных кампаний 40-х годов XVIII века.