fb2Валентин Иванович Аккуратов не собирал специального фотоархива, за многие годы он сложился как-то сам собой. Те фотографии, которые мы публикуем, относятся к папанинской эпопее.
Эта книга о первых днях и месяцах работы правительства Ленина. Днях, когда только что рожденная революционная армия была вынуждена принять удар со стороны враждебных ей государств. .
Друг Джона Рида, написавшего знаменитую книгу «Десять дней, которые потрясли мир», молодой американский журналист Альберт Рис Вильямс со, всем энтузиазмом юности принял идеи и сам дух русской революции. Он лично знал Троцкого, Бухарина и Ленина, был очевидцем и активным участником многих сражений в дни Октябрьской революции 1917 года. В мае 1918-го, перед отъездом Вильямса в США, Ленин передал через него известное письмо «Американским социалистам-интернационалистам». Путешествие по объятой пламенем Гражданской войны России, знакомство с убежденными в своей правоте, необыкновенными людьми очень повлияло на автора этой книги. До конца жизни он был большим другом Советского Союза, активным борцом за мир и социальную справедливость.
Книга Юлия Марголина была написана задолго до книг Солженицына, в конце сороковых годов, когда сам Солженицын ещё сидел, ГУЛАГ работал на полную мощь, а Сталин, Берия и их бесчисленные «соколы» были… э… «на посту». Автор написал книгу в Израиле, но опубликовать её там не мог, так как правившие в стране левые сионисты-социалисты стремились к «хорошим отношениям» с СССР, невзирая на то, что Сталин уже затеял кампанию «борьбы с космополитизмом». И несмотря на то, что всем было ясно: в этой книге ничего не выдумано, каждое слово — правда. В Европе тоже не удалось издать эту книгу: европейские интеллектуалы «боролись за мир и дружбу», и книгоиздатели не хотели «нежелательных эксцессов». В конце концов книга вышла в свет в Нью-Йорке в 1952 году, но… её как бы не заметили, благо она была напечатана в оригинале, по-русски. Потом началась оттепель, появились книги Солженицына, начались один за другим литературные скандалы, процессы и кампании, и первая книга о ГУЛАГе была прочно забыта…
Книга Юлия Марголина была написана задолго до книг Солженицына, в конце сороковых годов, когда сам Солженицын ещё сидел, ГУЛАГ работал на полную мощь, а Сталин, Берия и их бесчисленные «соколы» были… э… «на посту». Автор написал книгу в Израиле, но опубликовать её там не мог, так как правившие в стране левые сионисты-социалисты стремились к «хорошим отношениям» с СССР, невзирая на то, что Сталин уже затеял кампанию «борьбы с космополитизмом». И несмотря на то, что всем было ясно: в этой книге ничего не выдумано, каждое слово – правда. В Европе тоже не удалось издать эту книгу: европейские интеллектуалы «боролись за мир и дружбу», и книгоиздатели не хотели «нежелательных эксцессов». В конце концов книга вышла в свет в Нью-Йорке в 1952 году, но… её как бы не заметили, благо она была напечатана в оригинале, по-русски. Потом началась оттепель, появились книги Солженицына, начались один за другим литературные скандалы, процессы и кампании, и первая книга о ГУЛАГе была прочно забыта...
Книга Юлия Марголина была написана задолго до книг Солженицына, в конце сороковых годов, когда сам Солженицын ещё сидел, ГУЛАГ работал на полную мощь, а Сталин, Берия и их бесчисленные «соколы» были… э… «на посту». Автор написал книгу в Израиле, но опубликовать её там не мог, так как правившие в стране левые сионисты-социалисты стремились к «хорошим отношениям» с СССР, невзирая на то, что Сталин уже затеял кампанию «борьбы с космополитизмом». И несмотря на то, что всем было ясно: в этой книге ничего не выдумано, каждое слово — правда. В Европе тоже не удалось издать эту книгу: европейские интеллектуалы «боролись за мир и дружбу», и книгоиздатели не хотели «нежелательных эксцессов». В конце концов книга вышла в свет в Нью-Йорке в 1952 году, но… её как бы не заметили, благо она была напечатана в оригинале, по-русски. Потом началась оттепель, появились книги Солженицына, начались один за другим литературные скандалы, процессы и кампании, и первая книга о ГУЛАГе была прочно забыта…
«Однажды я услышал замечательный пример некоего детского речения. Ребёнка спросили:
— Для чего тебе две руки?
Взрослые, наверное, думали, что ребёнок ответит примерно так: чтобы что-нибудь построить из кубиков, слепить из пластилина, то есть сделать нечто познавательное, а то и необходимое для своего детского хозяйства. Но тот ответил:
— Одна рука нужна, чтобы держать маму, а другая — папу!..»
Книга Георга Форстера, выдающегося немецкого ученого, просветителя и революционного демократа, представляет собой описание второй кругосветной экспедиции Дж. Кука, в которой автор участвовал в 1772—1775 гг. После этого плавания мифический Южный континент навсегда исчез с географических карт. Зато на них появились важные открытия, совершенные экспедицией в Океании и Южной Атлантике. Форстер — родоначальник жанра научно-художественного описания путешествий. Увлекательный рассказ о природе и населении многих островов Океании, о плавании в тропических и ледовых морях перемежается в книге с глубокими нравственно-философскими размышлениями.
Пятилетнее кругосветное плавание (1831—1836) британского судна «Бигль» навсегда изменило облик мировой науки. 22-летний корабельный натуралист Чарлз Роберт Дарвин (1809—1882) за время экспедиции совершил открытия, в корне изменившие сначала его личные научные взгляды, а потом и представления всего человечества о происхождении жизни на Земле.
Наследственность, изменчивость, естественный отбор – три понятия эволюционной теории Дарвина, заученные нами в школе, это «три источника и три составных части» современного знания о мире животных, к которому имеем честь принадлежать все мы. Теперь с этим смирилась даже Католическая Церковь: в связи с 200-летним юбилеем ученого Ватикан признал, что «эволюционная теория Чарлза Дарвина не противоречит библейской версии сотворения мира и живых организмов».
А начиналось все буднично и просто. В школе Чарлз Дарвин плохо учился. Но в 8 лет заинтересовался природой: стал собирать растения, минералы, раковины, насекомых, рыбачить, охотиться на птиц. После школы изучал медицину в Эдинбурге и богословие в Кембридже, – но не стал ни врачом, ни теологом. Вместо этого он отправился в кругосветное путешествие.
За пять лет плавания молодой корабельный натуралист совершил столько открытий, что их хватило на 22 года изучения и осмысления. Надо заметить, что Дарвина вообще отличала маниакальная склонность к систематизации и каталогизации: он тщательно записывал даже наблюдения за собственными детьми. Результат этого четвертьвекового научного подвига известен: на свет появилась его знаменитая теория происхождения видов.
Но еще до публикации «Происхождения видов», в 1839 году, вышло в свет предлагаемое вашему вниманию описание кругосветного плавания. Книга Дарвина содержит изобилующие занимательными подробностями описания Южной Америки: Патагонии, Огненной Земли, Бразилии, Аргентины, Уругвая; Австралии, Тасмании, островов Тенерифе, Галапагосских, Кокосовых, Зеленого Мыса, их экзотической природы и населения. С тех пор многие растения, животные и племена исчезли с лица Земли и их описание можно встретить только на страницах этой книги.
«Тело может умереть, но остаются послания, которые мы отправляем при жизни», – сказала в недавнем интервью по случаю своего столетия нобелевский лауреат, выдающийся нейробиолог (а значит – научная «внучка» Дарвина) Рита Леви-Монтальчини. Послание, которое оставил нам Дарвин, можно сформулировать так: жизнь и мироустройство можно принимать не изучая, а можно попытаться понять – и тогда нам откроются настоящие чудеса.
Электронная публикация включает все тексты бумажной книги Чарлза Дарвина и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Сотни иллюстраций, рисунков, картин; карты путешествия, рисунки непосредственных участников экспедиции составили иллюстративный ряд этого подарочного издания. Эта книга, как и вся серия «Великие путешествия», напечатана на прекрасной офсетной бумаге и элегантно оформлена. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.
Путешествий в прямом смысле слова было в жизни автора книжки много, да еще каких. Сенкевич, военный врач по образованию и научный работник в космической медицине, зимовал на станции в Антарктиде, плавал с командой норвежца Тура Хейердала на плоту через океан, пересекал океан под парусами. Двадцать с лишним лет Сенкевич вел на телевидении еженедельную передачу "Клуб путешественников". Многие годы для советских людей посмотреть на Мир можно было лишь в этой программе. Книжка — о жизни Ю.А.Сенкевича, встречах, работе.
В 1979 г. во многих странах мира отмечается столетие со дня рождения одного из крупнейших полярных исследователей XX в. – уроженца Гренландии Кнуда Расмуссена. Он прожил недолгую жизнь, прошедшую в почти беспрестанных путешествиях, и успел удивительно много сделать для изучения северных стран и населяющих их людей, потому что не отступал перед трудностями и лишениями и всегда был верен идеалам своей юности. Об этом человеке, для которого полярные путешествия, по его собственным словам, были «обычной, естественной формой труда», мы и хотим рассказать. Он заслуживает того, чтобы его имя знали так же, как имена Нансена и Амундсена.
Настоящее издание содержит воспоминания художницы Н. О. Мунц и включает в себя три части, расположенные в соответствии с хронологией описываемых событий, а не в порядке их написания автором
«Путешествие из Петербурга в Нью-Йорк» – мемуарно-биографический опус о любимых нами героях целой эпохи. Соловьев и Клепикова знали Бродского, Довлатова, Барышникова, Шемякина еще с ленинградских времен и впоследствии тесно общались, дружили. Все они сформировались как художники еще в Ленинграде, а доосуществились уже за океаном, в Нью-Йорке. В своей книге авторы честно и без прикрас описывают знаковых персонажей своего поколения, создавая объемный, подлинный, неоднозначный портрет поистине легендарных наших соотечественников.
Необоримая жажда иллюзии своего могущества, обретаемая на краткие периоды вера в свою способность заполнить пустоту одиночества и повернуть время вспять, стремление забыть о преследующих тебя неудачах и череде потерь, из которых складывается существование: всё это роднит между собой два пристрастия к созданию воображаемой альтернативы жизни — искусство, в частности литературу, и алкоголизм.
Британская писательница Оливия Лэнг попыталась рассмотреть эти пристрастия, эти одинаково властные над теми, кто их приобрел, и одинаково разрушительные для них зависимости друг через друга, показав на нескольких знаменитых примерах — Эрнест Хемингуэй, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Теннесси Уильямс, Джон Берримен, Джон Чивер, Реймонд Карвер, — как переплетаются в творчестве равно необходимые для него иллюзия рая и мучительное осознание его невозможности.
Гагарин, Линдберг, Магеллан… что объединяет эти имена? Они были первыми! Гагарин первым облетел нашу планету в космическом корабле, Линдберг первым в одиночку перелетел Атлантический океан на самолете, экспедиция Магеллана первой обогнула Землю по морю.
Фернан Магеллан (1480—1521), выдающийся португальский моряк, воин и первопроходец, доказал на практике то, что до него только робко предполагали: Земля – круглая…
1492 год был судьбоносным для истории Пиренейского полуострова. В январе пал Гранадский эмират: окончилась длившаяся восемь столетий Реконкиста. А третьего августа к берегам далекой Индии – которая окажется Америкой – отправилась первая экспедиция Христофора Колумба.
В этом году придворному пажу португальского короля Жуана II (который восемью годами ранее отверг проект Колумба) Фернандо де Магеллану исполнилось 12 лет. Возможно, именно тогда у него родилась честолюбивая мечта о Великом кругосветном плавании.
Прошло 13 лет. В 1505 году Магеллан отправляется в Индию. Семь лет он воюет на море и на суше, получает за храбрость чин капитана, служит на Яве, Суматре, в Мозамбике, по возвращении в Португалию снова воюет – подавляет восстание в Марокко…
Подав в 1517 году преемнику Жуана II королю Мануэлю I проект достижения Молуккских островов западным путем, Магеллан, как и Колумб, получает отказ. И так же, как Колумб, отправляется в Испанию – чтобы 20 сентября 1519 года на пяти маленьких кораблях с 265 членами экипажа уйти в свое последнее плавание.
Считается, что он отправился за пряностями: другое название Молуккского архипелага – Острова Пряностей. Конечно, так оно и было. Но еще он шел за мечтой.
Его убьют 21 апреля 1521 года. Еще через полтора года 18 оставшихся в живых членов команды единственного уцелевшего судна, «Виктории», вернутся в Испанию. Где будут объявлены вероотступниками – за то, что отмечали церковные праздники в неправильные дни (западный маршрут «съел» один день календаря). А привезенные ими пряности с лихвой окупят расходы на экспедицию…
Дневник Антонио Пигафетты, одного из уцелевших участников экспедиции, положен в основу настоящего издания. Его рассказ об этой великой и трагической экспедиции, дополненный блистательным биографическим очерком Стефана Цвейга «Магеллан», – захватывающее, полное драматизма и увлекательное изложение перипетий необыкновенной жизни и выдающегося подвига великого португальского мореплавателя.
И все-таки Магеллан сделал это! После своей гибели он доказал, что Земля круглая, что мечта сильнее смерти, что имена королей остаются в сносках на полях истории, пишут которую – первопроходцы.
Электронная публикация включает все тексты бумажной книги о беспримерной экспедиции Фернана Магеллана и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Издание богато иллюстрировано и рассчитано на всех, кто интересуется историей географических открытий и любит достоверные рассказы о реальных приключениях. Это издание, как и все книги серии «Великие путешествия», напечатано на прекрасной офсетной бумаге и элегантно оформлено. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.
Записки журналиста об экспедиции на исследовательском судне "Каллисто" по международной программе "Человек и Биосфера". В книге рассказывается о работе ученых и экипажа, о сотрудничестве с учеными жителей молодых островов государств тропической зоны Тихого океана.
Знаменитый русский путешественник и этнограф Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846—1888) открыл цивилизованному миру уникальную природу Новой Гвинеи и экзотическую культуру населявших ее аборигенов. В своих дневниках он рассказал о жизни и приключениях среди диких племен Берега Маклая, названного так еще при жизни исследователя. Сейчас в те места летают самолеты туристических авиалиний, – но первым сошел по трапу на берег загадочной «Папуазии» русский исследователь и натуралист.
В год 150-летия со дня его рождения Миклухо-Маклай был назван ЮНЕСКО Гражданином мира. Его имя носит Институт этнологии и антропологии Российской Академии Наук. День рождения Миклухо-Маклая является профессиональным праздником этнографов.
Миклухо-Маклай отправился в свое путешествие в те времена, когда из туземцев («диких») просвещенные европейцы делали чучела в этнографических целях. Трудно поверить, но еще век с небольшим назад для большинства представителей белой расы было вовсе не очевидно, что готтентот, индеец, папуас – люди.
Лев Толстой, ознакомившись с трудами Маклая, писал ему: «Вы первый несомненно опытом до¬казали, что человек везде человек, то есть доброе, общи¬тельное существо, в общение с которым можно и должно входить только добром и истиной, а не пушками и водкой. все коллекции ваши и все наблюдения научные ничто в сравнении с тем наблюдением о свойствах человека, которое вы сделали, поселившись среди диких, и войдя в общение с ними изложите с величайшей подробностью и с свойственной вам строгой правдивостью все ваши отношения человека с человеком, в которые вы вступали там с людьми. Не знаю, какой вклад в науку, ту, которой вы служите, составят ваши коллекции и открытия, но ваш опыт общения с дикими составит эпоху в той науке, которой я служу, – в науке о том, как жить людям друг с другом. Напишите эту историю, и вы сослужите большую и хорошую службу человечеству. На вашем месте я бы описал подробно все свои похождения, отстранив все, кроме отношений с людьми».
Миклухо-Маклай прожил всего 42 года, но за это время объехал половину земного шара, несколько лет провел в малярийных джунглях «Папуазии», написал сотню научных статей и тысячу страниц дневников, сделал сотни зарисовок повседневной жизни аборигенов, собрал прекрасные этнографические коллекции и даже остановил несколько кровопролитных войн между каннибалами. Они хотели было его съесть, но, на свое счастье, решили сперва немного присмотреться к экзотическому «тамо рус». А когда познакомились с ним поближе, то назвали его «человеком одного слова» – потому что ему можно было верить как никому другому на Земле.
Его дневникам без малого полтора века. Загляните в них – и поймете, что такое настоящая экзотика. Одни говорят: человек человеку – волк. Другие – друг, товарищ и брат. Маклай знал: человек человеку – гость.
Электронная публикация книги Н. Н. Миклухо-Маклая включает полный текст бумажной книги и часть иллюстративного материала. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу с исключительной насыщенностью иллюстрациями, большая часть из которых сделана самим автором. Книга снабжена обширными комментариями, объяснениями экзотических географических реалий; в ней прекрасная печать и белая офсетная бумага. Это издание, как и все книги серии «Великие путешествия», будет украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станет прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.
История моей жизни богата разными событиями. Она начиналась в предвоенное время, само по себе насыщенное интересными фактами. Тяжёлое было время для жизни и в годы войны, в том числе и для детей. Наша семья эвакуировалась с «пересадками» аж до Байкала. В 1944 г. Мы вернулись в г. Кременчуг, где отец, работая в системе «Эпрон», расчищал Днепр от останков войны. Я учился в школе и вместе с другими ребятами помогал взрослым на разных участках общественно полезных дел. В 15 лет я поступил в Киевское артподготовительное училище, а в 18 — в Киевское артучилище. Окончив его, служил на Балтике. Там, по демобилизации, был закончен первый этап моей жизни С 1955 г. я работал в Киеве на заводе Артёма, и оттуда был рекомендован ЦК ЛКСМУ к поступлению в МГИМО По окончании Института в 1962 г. я начал работать в системе МИД: сначала в МИД БССР, затем, по окончании аспирантуры, в МИД СССР. Работал также в посольствах СССР в Австралии и в Италии. С 1985 г. нахожусь на научно-преподавательской работе. Жизнь моя получилась неоднозначна. В ней было много событий, о них и речь. Но всё, благодаря Богу, получилось по судьбе. В книге много авторских оценок и раздумий, в том числе и о днях нынешних.
Удивительное путешествие выпало на долю француженки Александры Давид-Неэль (1869–1969) — пешком из Китая в Индию через Тибет.
«Медленное восхождение к высокогорным перевалам было исполнено очарования; затем внезапно передо мной предстала великолепная необозримая панорама тибетских плоскогорий, окутанных вдали неким туманным видением, которое являло взору беспорядочное скопление сиреневых, оранжевых вершин, увенчанных снежными шапками.
Что за незабываемое зрелище!»