2019 год. Прошло 102 года с Великой Октябрьской социалистической революции, она же большевистский переворот. 39 лет с того времени, когда, по Хрущёву, должен был наступить коммунизм, вместо которого была Московская Олимпиада и война в Афганистане. 28 лет с момента распада Советского Союза. 60 лет с рождения автора.

Настроение паршивое у всех. Экономика в стагнации и готова к депрессии. Чиновники, отвечающие за неё, открытым текстом говорят президенту, что подъёма согласно его указам не будет. Пенсионная реформа проведена, зачем – Б-г весть: бюджет в профиците и казна лопается от денег, хотя стране их не видать как своих ушей. Силовики душат бизнес. Налоги и сборы растут. Капиталы бегут, но эмиграция свободна.

Поворот на Восток приводит Китай на место Америки и Европы, но стратегия развития страны как сырьевого придатка сохраняется. Встали с колен, вопрос: в какую позицию? Выборы, протесты, аресты и задержания протестующих, протесты против арестов, задержаний и приговоров, которые им выносят, слились воедино. Демократическая оппозиция составляет списки для чисток, которые проведёт, если станет властью. Власть ни мычит ни телится.

Города и деревни топит, леса горят, воруют все, но с мусором разобраться не могут. Науку и образование не спасти, но с религией всё хорошо. На Украине президент новый, у нас старый. Только народ не понимает своего счастья. Россия…

Архивная работа, повседневная и, так сказать, невидимая миру, необходима. Причин несколько. Постараюсь их изложить. А вот одну, личную, объяснять толком не умею. Как-то так получилось, что смолоду испытывал властное влечение к старинным рукописям.

"Заметки провинциального доктора" из журнала "Нева" № 9 (1989)

«Не могу молчать», — так граф Лев Николаевич Толстой назвал своё публицистическое выступление в пользу отмены смертной казни в России. Выступление было записано на фонограф (один из первых приборов для механической записи звука и его воспроизведения), и теперь трудно сказать, кому надо быть обязанным (физикам или лирикам), что ознакомился с выступлением великого писателя ещё в школе. Помнится, меня заинтересовало — граф. (Нем. Graf ) в раннее средневековье в Западной Европе — должностное лицо, представлявшее власть короля в графстве. У нас в России со времён Петра I и до 1917г. — наследственное дворянское достоинство, оно выше баронского и ниже княжеского. Чтобы получше уяснить субординацию, представил, что за царя-императора у нас — генсек КПСС, за князей — члены политбюро. Кандидаты в члены политбюро, пожалуй, были графами. А члены ЦК КПСС — баронами.

В июне-июле 2019 года я был на Чёрном море. Там родились пара заметок (размышлизмов). Их и посвящаю человечеству.

(с) Андрей Ангелов

К 90-летию со дня рождения. Предисловие Анатолия Наймана. Публикация Марии Мушинской

К 90-летию со дня рождения. Предисловие Анатолия Наймана. Публикация Марии Мушинской

«В числе разнообразных охот человеческих имеет свое место и смиренная охота ходить по грибы, или брать грибы. Хотя она не может равняться с другими охотами, более оживленными, уже потому, что там приходится иметь дело с живыми творениями, но может соперничать со многими, так сказать, второстепенными охотами, имеющими, впрочем, свои особые интересы. Я даже готов отдать преимущество грибам, потому что их надобно отыскивать, следовательно можно и не находить; тут примешивается некоторое уменье, знание месторождения грибов, знание местности и счастье. Недаром говорит пословица: „Со счастьем хорошо и по грибы ходить“…»

Встречи с произведениями подлинного искусства никогда не бывают скоропроходящими: все, что написано настоящим художником, приковывает наше воображение, мы удивляемся широте познаний писателя, глубине его понимания жизни.П. И. Мельников-Печерский принадлежит к числу таких писателей. В главных его произведениях господствует своеобразный тон простодушной непосредственности, заставляющий читателя самого догадываться о том, что же он хотел сказать, заставляющий думать и переживать.Мельников П. И. (Андрей Печерский)Полное собранiе сочинений. Изданiе второе.С.-Петербургъ, Издание Т-ва А.Ф.Марксъ.Приложенiе къ журналу „Нива" на 1909 г.Томъ седьмой, с. 506–509.

Как много изобретателей и ученых, которые незаслуженно забыты или известны благодаря совершенно другим заслугам. Мы пользуемся плодами их трудов и даже не задумываемся над тем, кто стоял за открытием многих привычных для нас вещей. Знаете ли вы, кто изобрел давно привычный нам камуфляж? А известно вам, что первый одометр был изобретен еще до нашей эры? Думали над тем, чья светлая голова придумала для нас любимое цветное телевидение? Могли ли предположить, что винт простой современной мясорубки работает по принципу Архимеда? Ответы на эти и многие другие вопросы любознательные читатели найдут в этой книге.

Зами – так называют женщин с острова Карриаку, работающих плечо к плечу и живущих вместе как подруги и любовницы. Карриаку – остров в юго-восточной части Карибского моря, а также остров воображения Одри Лорд. Эта книга – «биомифография», ключевой для мемуарного жанра текст, повествующий о взрослении молодой черной квир-женщины в Нью-Йорке 1950-х годов. Вспоминая мать, сестер, подруг, соратниц и любовниц, Лорд открывает читателю альтернативную реальность женского становления, которое строится на преемственности семейных традиций и исторического прошлого, общности, силе, привязанности, укорененности в мире и этике заботы и ответственности.

Весной 2008 года в подвале самого обычного провинциального дома в тихом австрийском городке полиции открылась ужасающая картина подземного ада. Через несколько дней весь мир узнал о трагедии, ставшей самым жутким случаем за всю криминальную историю Австрии.28 августа 1984 года добропорядочный семьянин Йозеф Фрицль заманил свою 18-тилетнюю дочь Элизабет в подвал собственного дома и, заковав в наручники, бросил в бункер. Заточение Элизабет продлилось 24 года. История похищения и насилия вызвала отвращение всего цивилизованного сообщества и заставила людей задуматься над тем, как низко может пасть человек.

Мы начинаем публикацию глав из новой книги, написанной одним из самых известных "политзаключенных" современной России. О том, как молодой учёный-историк стал узником "Лефортово", с какими людьми и ситуациями ему пришлось столкнуться за тюремной решёткой, почему возбуждённое против него дело, несмотря на освобождение, очень далеко от "хэппи-энда" — обо всём этом и о многом другом вы можете узнать в нашей газете непосредственно от "первого лица" — от самого Ивана Миронова.