Им подражают миллионы. Лионель Месси и Криштиану Роналду — лучшие футболисты на планете. Каждый год они бьют свои же рекорды в погоне за титулом № 1.

Это первая аналитическая биография, в которой подробно рассмотрены иконы футбола.

Мемуарный очерк и, одновременно, размышления Ильи Валерьевича Кормильцева «Великое рок-н-рольное надувательство».

О коварных нравах, царящих в гареме времен султана Сулеймана Великолепного и Роксоланы, мы все узнали благодаря самому знаменитому турецкому сериалу «Великолепный век». Но сериал не может удовлетворить все увеличивающееся любопытство в отношении этой загадочной темы, которая всегда, во все времена, вызывала особый интерес.Автор Шапи Казиев воссоздает экзотический мир гарема, устройство и иерархию этой «академии любви», раскрывает удивительные тайны, интриги, секреты гаремной магии и обольщения, рассказывает о том, как составлялись коллекции живых драгоценностей – из лучших красавиц мира, ставших невольницами в гареме султанов Востока.Эта уникальная книга – как будто продолжение того «Великолепного века», который завоевал миллионы сердец по всему миру.

«Мне кажется, я догадываюсь, что хотят сказать нам этим разнобоем старинные куранты, наша добрая старая тетушка. Будучи венским символом, они чувствуют внутреннюю необходимость стать венским симптомом. И показывают нам не время наступившего часа, а время вообще, время как таковое. Они являют собой воплощение разлада, демонстрируя уведомление и его ошибочность, указ и его неисполнимость, весть и ее опровержение. Они как бы говорят нам: «У нас в Вене не стоит ничего принимать слишком всерьез. Вот увидите – все еще обернется совсем иначе…»»

Виктор Ворошильский (1927–1996) польский поэт, прозаик, эссеист, публицист, переводчик, исследователь русской литературы. В 1952-56 гг. учился в аспирантуре в московском Литературном институте им. Горького. В 1956 г. как корреспондент еженедельника «Нова культура» побывал в Будапеште, был свидетелем венгерского восстания. Свои впечатления от восстания описал в «Венгерском дневнике», который полностью был тогда опубликован только во французской печати, лишь спустя много лет в польском и венгерском самиздате.

Лексикон каждого представителя поколения советских шестидесятников в обязательном порядке содержал гневные фразы про Венгрию. В смысле: попытка маленькой робкой Венгрии сбросить в октябре — ноябре 1956 года со своих свободолюбивых плеч тоталитарного монстра (СССР) захлебнулась кровью студентов-романтиков. Поскольку российской интеллигенции присуще чувство справедливости и глубокой скорби, обрывочные фразы про Венгрию-56 имеют хождение и поныне. Творческая молодежь сегодня с трудом понимает, о чем речь, но знает, впрочем, главное: СССР/Россия — тоталитарный монстр, душивший всех и всегда.

Еще в 1980‐е годы филолог-славист Светлана Шнитман-МакМиллин написала первое крупное академическое исследование «Москвы – Петушков». Одобренная самим Венедиктом Ерофеевым, эта работа долгое время оставалась основополагающей для филологов – но в то же время и малодоступной. Новое издание книги исправляет эту ситуацию. Шнитман-МакМиллин не просто предлагает комментарий к произведению: ее книга – это глубокое исследование интертекста, объясняющее законное место поэмы Ерофеева в ряду мировой классики. Работа публикуется в рамках проекта «Неканонический классик» (входящего в состав книжной серии «НЛО» «Научная библиотека»), плодом которого уже стали сборники статей и материалов, посвященных Д. А. Пригову, В. Сорокину, В. Шарову и Лианозовской школе. Светлана Шнитман-МакМиллин – PhD, профессор Высшей школы славяноведения и Восточной Европы Лондонского университета.

Венедикт Ерофеев – одна из самых загадочных фигур в истории неподцензурной русской литературы. Широкому читателю, знакомому с ним по «Москве – Петушкам», может казаться, что Веничка из поэмы – это и есть настоящий Ерофеев. Но так ли это? Однозначного ответа не найдется ни в трудах его биографов, ни в мемуарах знакомых и друзей. Цель этого сборника – представить малоизвестные страницы биографии Ерофеева и дать срез самых показательных работ о его жизни и творчестве. В книгу вошли материалы, позволяющие увидеть автора знаменитой поэмы из самых разных перспектив: от автобиографии, написанной Ерофеевым в шестнадцатилетнем возрасте, архивных документов, его интервью и переписки до откликов на его произведения известных писателей (Виктора Некрасова, Владимира Войновича, Татьяны Толстой, Зиновия Зиника, Виктора Пелевина, Дмитрия Быкова) и статей критиков и литературоведов, иные из которых уже успели стать филологической классикой. Значительная часть материалов и большая часть фотографий, вошедших в сборник, печатается впервые. Составители книги – Олег Лекманов, доктор филологических наук, профессор школы филологии факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ, и Илья Симановский, исследователь биографии и творчества Венедикта Ерофеева.

Тициано Скарпа не просто настоящий писатель, лауреат литературных премий, но и потомственный венецианец. Для него история Светлейшей республики неотделима от его личных воспоминаний — детских игр во дворах-кампьелло, подростковых романов, кульминации которых происходили в дверных нишах и на скамейках (а куда еще деваться в городе, где нет автомобилей?), забегаловок, не указанных ни в одном "нормальном" путеводителе. Эта книга подтверждает труднообъяснимое, но достоверное правило: когда автор знает в сто раз больше, чем пишет, это хорошо чувствуется в тексте, каким бы коротким тот ни был. Не случайно за восемь лет "Венеция — это рыба" выдержала в Италии тринадцать изданий.

Венеция, воспетая поэтами, – один из самых посещаемых и знаменитых городов мира. Тициано Скарпа предлагает взглянуть на него с новой стороны.Венеция – это рыба. Если присмотреться к ее контурам на географической карте, то она напоминает гигантскую камбалу, распластавшуюся на дне лагуны, или дораду, скользящую по волне.Венеция – это черепаха. Ее каменный панцирь сделан из серого бута, которым выложены улицы.Венеция – это место, где нужно выбросить карту и заблудиться.Скарпа раскрывает городские секреты, известные только венецианцам, исконный язык Венеции, необходимый для того, чтобы лучше узнать город. Автор призывает читателя использовать все органы чувств: осязать, слышать, видеть, чувствовать город, разум должен уступить место чувствам, а именно сердцу, которому в Венеции уж точно не прикажешь.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Мемуары бывшего «церковного Суркова», протоиерея Всеволода Чаплина, до недавнего времени отвечавшего за отношения Русской Православной Церкви с государством и обществом, – откровенный рассказ «церковного бюрократа» о своей службе клирика и внутреннем устройстве церковного организма.Отец Всеволод за двадцать лет прожил вместе с Церковью три эпохи – советскую, «перестроечно»-ельцинскую и современную. На его глазах она менялась, и он принимал самое непосредственное участие в этих изменениях.Из рассказа отца Всеволода вы узнаете:• как и кем управляется церковная структура на самом деле;• почему ему пришлось оставить свой высокий пост;• как Церковь взаимодействует с государством, а государство – с Церковью;• почему теократия – лучший общественный строй для России;• как, сколько и на чем зарабатывают церковные институты и куда тратят заработанное;• почему приходские священники теперь пьют гораздо меньше, чем раньше……и многие другие подробности, доселе неизвестные читателю.Несомненный литературный талант автора позволил объединить в одной книге истинный публицистический накал и веселые церковные байки, размышления о судьбах веры и России (вплоть до радикальных экономических реформ и смены элит) и жанровые приходские сценки, яркие портреты церковных Предстоятелей (включая нынешнего Патриарха) и светских медийных персон, «клир и мiръ».

Почему люди обращаются к магии, а не ищут единого источника благополучия – Бога? Повальное увлечение заговорами, разными гаданиями, «чудесами» экстрасенсов, астрологией характерно не только для неверующих, но и части людей, которые считают себя православными. Обращаясь к магии, ища помощи у обладателей «тайных знаний», люди желают спастись от бед, не замечая страшной опасности: они отворачиваются от Бога и делают шаг в сторону темных сил. Какие опасности таит в себе увлечение магией, как не попасть в сети обманных ритуалов, но изменить жизнь к лучшему, обретя подлинную веру, вы узнаете из новой книги священника Валерия Духанина.

Для широкого круга читателей.

1. От “двойных стандартов” к истинной мере 2. Единство смысла Вhры и Мhры — либо “таинства”, как покров для лицемерия 3. Россия: россказни, сказки и правда Жизни 4. Ведическая иерархия лучше Библейской? — один чёрт, да морды разные

В 2006 году в Польше вышла книга репортера Мариуша Щигела «Готтленд». Среди прочих сюжетов, связанных с недавним чехословацким прошлым и чешским настоящим, есть небольшой рассказ о неудавшейся попытке автора взять интервью у одной удивительной женщины — Веры Саудковой, племянницы Франца Кафки. Журналистка еженедельника «Рефлекс» Гана Бенешова была более удачлива, чем ее польские и даже американские коллеги, — девяностолетняя Вера С. согласилась поделиться с ней воспоминаниями о своей жизни…Полина Козеренко

«Едва узнав из газет весть о кончине Веры Федоровны Коммиссаржевской, я понял, чем была она для всех нас, что мы теряем вместе с ней, какое таинственное и знаменательное событие для всех нас – ее мучительная, но молодая, но предвесенняя смерть…»

«Вера, надежда, резня» – книга о внутренней жизни Ника Кейва.В основу издания легли десятки и сотни часов разговоров по душам с журналистом Шоном О’Хаганом. Это глубокое, вдумчивое исследование корней, питающих жизнь и творчество знаменитого музыканта.От первого лица и без утайки, в диапазоне от детских лет до наших дней, Ник обсуждает вопросы искусства и веры, музыки и свободы, любви и скорби, свою рабочую этику, а также случившуюся с ним в последние годы драматичную трансформацию.«Вера, надежда, резня» – это протянутая рука помощи, предложение надежды и вдохновения от подлинного визионера.«Подобно самой музыке Ника Кейва, эта книга проберет вас до костей, но вы почувствуете себя живым» (Pitchfork).Впервые на русском!Используется нецензурная брань.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.