Ах, как хочется жить… в Кремле
Зенькович Николай Александрович
Новая книга известного российского историка, публициста и хроникера становления новой российской государственности Николая Зеньковича охватывает бурлящий событиями 1996 год, который вошел в новейшую историю как начало конца ельцинской эпохи. Читатели узнают правду о победе Бориса Ельцина на президентских выборах 1996 года. О том, действительно ли его главный конкурент Геннадий Зюганов выиграл выборы уже в первом туре, но отдал победу Ельцину. По-новому излагаются обстоятельства денонсации Госдумой Беловежских соглашений 1991 года о роспуске СССР, история скандального выноса коробки из-под ксерокса с 500 тысячами долларов и последовавшей отставки Коржакова, Барсукова и др. Взлет и падение генерала Лебедя, возвышение Чубайса и гибель Дудаева, захват боевиками Грозного в 1996 году и заключение Хасавюртовского мира, образование Сообщества Белоруссии и России, читайте об всем этих и многих других событиях, ознаменовавших собой поистине судьбоносную веху истории страны. |
Ахалъ-Тэкинская экспедицiя генерала Скобелева въ 1880-1881гг. съ приложеніем карты и плана
Щербак Александр Викторович
Изъ воспоминаній д-ра А.В.Щербака. Изданіе второе. |
Ахиллесова пята разведки
Болтунов Михаил
Автор этой книги, военный журналист и писатель, изучив недавно рассекреченные архивные документы, знакомит читателей с потрясающими историями незаметных героев, обеспечивающих связь зарубежных резидентур Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба с Центром.
|
Ахматова и Цветаева
Ахматова Анна Андреевна
Анна Андреевна Ахматова и Марина Ивановна Цветаева – великие поэтессы, чей взор на протяжении всей жизни был устремлен «вглубь», а не «вовне». Поэтессы, писатели, литературоведы – одни из наиболее значимых фигур русской литературы XX века. Перед вами дневники Анны Ахматовой – самой исстрадавшейся русской поэтессы. Чем была наполнена ее жизнь: раздутым драматизмом или искренними переживаниями? Книга раскроет все тайны ее отношений с сыном и мужем и секреты ее многочисленных романов. Откровенные воспоминания Лидии Чуковской, Николая и Льва Гумилевых прольют свет на неоднозначную личность Ахматовой и расскажут, какой ценой любимая всем миром поэтесса создавала себе биографию. «Живу до тошноты» – дневниковая проза Марины Цветаевой. Она написана с неподдельной искренностью, объяснение которой Иосиф Бродский находил в духовной мощи, обретенной путем претерпеваний: «Цветаева, действительно, самый искренний русский поэт, но искренность эта, прежде всего, есть искренность звука – как когда кричат от боли». |
Ацтеки, майя, инки. Великие царства древней Америки
Хаген Виктор фон
В книге известного американского этнолога Виктора фон Хагена представлена история ацтеков, майя, инков. Хаген выделяет и подвергает подробному анализу наиболее важные этапы формирования этих культур, от зарождения и динамического развития до момента их падения. Автор охватил все стороны практической и духовной жизни народов солнечных царств. Легко и увлекательно ученый рассказывает о том, как они вели хозяйство, занимались ремеслами, заключали браки и воспитывали детей, об их религиозных верованиях и кровавых жертвоприношениях, о способах ведения войны и оружии, о системе налогообложения, о преступлениях и наказаниях…
|
Ацтеки. Быт, религия, культура
Брэй Уорвик
Автор касается всех сторон жизни ацтеков – религии и ритуалов, архитектуры и письменности, ремесла и быта. Вы познакомитесь с характерными особенностями и устройством их огромной империи. Узнаете, как зарождалась и развивалась могущественная цивилизация ацтеков вплоть до вторжения испанцев в XVI веке.
|
Ацтеки. Воинственные подданные Монтесумы
Сустель Жак
В книге исследуется история блестящей и могущественной империи ацтеков, распространившей свое влияние от Мексиканского залива до берегов Тихого океана. Автор знакомит с повседневной жизнью народа, создавшего высокоразвитую культуру, исчезнувшую в результате испанской экспансии, культуру, которой может гордиться человечество.
|
Аэрофобия
Ершов Василий Васильевич
Человек всегда мечтал летать. Наблюдая за свободным полетом птиц, он задумывался над тем, какая сила держит живое существо в воздухе, и пытался найти и для себя силу, способную поднять ввысь человека. И, наконец, поднялся над землей, опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума, как предрекал Николай Егорович Жуковский. И родилась Авиация – величайшее изобретение ХХ века. А через сто лет, когда полеты по воздуху стали рутинной процедурой, человечество вдруг стало бояться летать. Ну, не самая большая его часть. В основном, россияне, жители некогда великой авиационной державы. Их напугало явление, которое всегда существует в авиации всех стран мира, но особенно обсуждается, особенное влияние оказывает нынче – именно в нашей стране. Это явление называется «самолетопад». Российский авиапассажир перестал доверять российским летчикам и отечественным самолетам. Он предпочитает перемещаться по воздуху за спиной иностранца. По мнению российского обывателя, отечественный летчик на отечественном аэроплане не способен обеспечить безопасность полета. Летчику предъявляется ряд обвинений, суть которых сводится к тому, что обыкновенный водитель транспорта слишком возомнил о себе. |
Аэрофобия
Ершов Василий Васильевич
Человек всегда мечтал летать. Наблюдая за свободным полетом птиц, он задумывался над тем, какая сила держит живое существо в воздухе, и пытался найти и для себя силу, способную поднять ввысь человека. И, наконец, поднялся над землей, опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума, как предрекал Николай Егорович Жуковский.И родилась Авиация – величайшее изобретение ХХ века.А через сто лет, когда полеты по воздуху стали рутинной процедурой, человечество вдруг стало бояться летать. Ну, не самая большая его часть. В основном, россияне, жители некогда великой авиационной державы.Их напугало явление, которое всегда существует в авиации всех стран мира, но особенно обсуждается, особенное влияние оказывает нынче – именно в нашей стране. Это явление называется «самолетопад».Российский авиапассажир перестал доверять российским летчикам и отечественным самолетам. Он предпочитает перемещаться по воздуху за спиной иностранца. По мнению российского обывателя, отечественный летчик на отечественном аэроплане не способен обеспечить безопасность полета.Летчику предъявляется ряд обвинений, суть которых сводится к тому, что обыкновенный водитель транспорта слишком возомнил о себе.
|
Бабий Яр
Кузнецов Анатолий Васильевич
Эта книга – полная авторская версия знаменитого документального романа “Бабий Яр” об уничтожении еврейского населения Киева осенью 1941 года. Анатолий Кузнецов, тогда подросток, сам был свидетелем расстрелов киевских евреев, много общался с людьми, пережившими катастрофу, собирал воспоминания других современников и очевидцев. Впервые его роман был опубликован в журнале “Юность” в 1966 году, и даже тогда, несмотря на многочисленные и грубые цензурные сокращения, произвел эффект разорвавшейся бомбы – так до Кузнецова про Холокост не осмеливался писать никто. Однако путь подлинной истории Бабьего Яра к читателю оказался долгим и трудным. В 1969 году Анатолий Кузнецов тайно вывез полную версию романа в Англию, где попросил политического убежища. Через год “Бабий Яр” был опубликован на Западе в авторской редакции, однако российский читатель смог познакомиться с текстом без купюр лишь после перестройки.
|
Бабьи яры Смоленщины. Появление, жизнь и катастрофа Смоленского еврейства.
Цынман Иосиф Израилевич
Свидетельства очевидцев и долгожителей, данные архивов и музеев о появлении, жизни евреев, убийствах евреев на оккупированной в 1941–1943 годах Смоленщине и судьбах уцелевших.
|
Багаев лог
Москвитин Валерий Андреевич
В остросюжетной, увлекательной форме автор рассказывает о том, как работники милиции охраняют общественный порядок, раскрывают сложные и запутанные преступления, помогают суду осуществлять незыблемый принцип советского правосудия — неотвратимость наказания.
|
Бакинский этап
Додин Вениамин Залманович
|
Баллада о дипкурьерах
Рудим Владимир Васильевич
Книга документальных очерков о героизме, мужестве и стойкости советского человека. Рассказ об этом автор ведёт, повествуя о сложной профессии дипломатических курьеров, об их ответственной и важной для Родины работе в первые годы Советской власти, в годы Великой Отечественной войны и в наше время.
|
Балты. Люди янтарного моря
Гимбутас Мария
Всемирно известный археолог и этнограф Мария Гимбутас рассказывает о важнейших фазах развития, культуре, религиозных представлениях и быте древних балтов. В книге использованы данные экспедиций, в которых исследовательница принимала непосредственное участие. Перед вами развернется яркая картина раннего этапа истории народов Балтии.
|
Бальмонт и Япония
Азадовский Константин Маркович
Книга рассказывает о состоявшейся в мае 1916 года поездке К. Д. Бальмонта, «поэта-путешественника», в Страну Восходящего Солнца. Двухнедельное пребывание в Японии глубоко поразило воображение поэта: он создал несколько «японских» стихотворений, писал эссе и очерки об увиденном и переводил японских поэтов – классиков и современников. В самой Японии визит Бальмонта вызвал волну интереса к его поэзии и русской литературе в целом. Авторы книги, известные ученые-филологи Константин Азадовский и Елена Дьяконова, описывают путешествие Бальмонта на широком фоне русско-японского культурного сближения в конце XIX – начале ХХ века. Особое внимание уделяется так называемому «японизму» – одному из ярких художественных явлений европейской культуры, затронувшему многих русских писателей и художников Серебряного века. The book discusses the journey undertaken in May 1916 by the “travelling poet” K. D. Balmont to the land of the “Rising Sun”. His two weeks’ stay in Japan had left a deep impact on the poet’s imagination: as a result he created a number of “Japanese” poems, wrote essays about his impressions, and translated verses by both classic and contemporary Japanese poets into Russian. In Japan, his visit aroused a surge of interest in his work and in Russian literature in general. The book’s authors, the noted philologists Constantin Azadovsky and Elena Diakonova, describe Balmont’s trip as an important episode in the Russo-Japanese cultural rapprochement of the late 19th and early 20th centuries. Special attention is paid to the so-called “Japonism” – a major trend of European culture of the time that exerted influence on many Russian writers and artists of the Silver Age.
|
Банда Диллингера
Продль Гюнтер
Когда в конце 20-х, начале 30-х годов бандитский беспредел достиг своего максимума, власти США применили к некоторым бандам суровые меры. Членов этой банды агенты ФБР убивали прямо на улицах, как бешенных собак. Гюнтер Продель, писатель Германской Демократической Республики, известен как автор многих детективных рассказов. Произведения этого писателя привлекают не только своим мастерством. Г. Проделю удается показать природу многих преступлений, вскрыть их социальные, а порой и политические мотивы. Сейчас писатель работает над новым романом. Документальный рассказ был опубликован в выпуске журнала «Искатель» № 1 за 1962. |
Банда Диллингера
Продль Гюнтер
Документальный рассказ из журнала «Искатель» Выпуск № 1, 1962.
|
Бандеровщина
Шумов Сергей Александрович
В данном издании все материалы и исследования публикуются на русском языке впервые, рассказывается о деятельности ОУН — Организация Украинских Националистов, с 1929–1959 г., руководимой Степаном Бандерой, дается его автобиография. В состав сборника вошли интересные исторические сведения об УПА — Украинской Повстанческой Армии, дана подробная биография ее лидера Романа Шуховича, представлены материалы о первом Проводнике ОУН — Евгении Коновальце. Отдельный раздел книги состоит из советских, немецких и украинских документов, которые раскрывают деятельность УПА с 1943–1953 г. прилагаются семь теоретических работ С.А.Бандеры. "научно" обосновавшего распад Советского Союза в ХХ веке.
|
Бандитский Петербург. 25 лет спустя
Константинов Андрей Дмитриевич
Бандитский Петербург 2012 — это самая полная криминальная история Северной столицы с момента ее основания до настоящего времени.«…в каком-то смысле книга „Бандитский Петербург“ для меня — это бесконечная литературно-исследовательская каторга, отбывая которую с каждым годом все труднее находить в себе силы продолжать работу… И все-таки, как мне кажется, тема „Бандитского Петербурга“, будучи сейчас не столь „спекулятивно-актуальной“, как это было в девяностые годы прошлого столетия, по-прежнему остается интересной… Истории многих героев не завершены, а значит — не дорассказаны. Так что книга все еще не закончена».Андрей Константинов
|