«Отношения между Дугласом Стоуном и знаменитой леди Сэннокс были хорошо известны как в модных кругах, где блистала она, так и в научных обществах, числивших одним из самых выдающихся собратьев его. Поэтому, естественно, самый широкий интерес возник, когда в одно прекрасное утро было объявлено, что дама окончательно и навсегда приняла постриг, и мир больше ее не увидит. Когда же сразу вслед за этим известием пришло сообщение, что прославленного хирурга, человека со стальными нервами, нашел утром его слуга сидящим на кровати и приятно улыбающимся Вселенной, с засунутыми в одну штанину ногами, а его великий мозг сделался ничуть не ценнее миски каши, впечатления даже хватило, чтобы слегка заинтересовать тех, кто и не надеялся, что их переутомленные нервы способны на подобные ощущения».

«Попробуйте расспросить хирурга о самых сложных его операциях — вы, скорее всего, получите ответ, что лично он в них ничего примечательного не видит, или же услышите невразумительный набор чисто технических терминов. А вот если вы сумеете застать того же хирурга как-нибудь вечерком у зажжённого камина и с набитой трубкой в зубах, да ещё в компании двух-трёх коллег, тогда вы имеете шанс, искусно задав наводящий вопрос или ввернув удачный намёк, развязать такому человеку язык и услышать нечто действительно интересное, свежее, горяченькое, выхваченное прямо из котла бурно кипящей жизни».