fb2Книга известного писателя А.В.Белинкова "Россия и Черт" составлена из произведений, отражающих все этапы трудной жизни писателя. В книге опубликован его первый роман "Черновик чувств", за который выпускник московского литературного института получил в 1943 г. 8 лет лагерей. В заключении Белинков продолжал писать. За эти свои достижения получил уже 25-летний срок… Недавно возвращенные наследниками писателя из архивов ФСБ, эти произведения печатаются в настоящем издании.
Пронзительный роман об обжигающе страстной любви и воле к жизни.
Дождливым вечером 17 сентября 1925 года жизнь восемнадцатилетней Фриды Кало разделилась на до и после: девушка попала в автокатастрофу, в которой выжила лишь чудом. Прикованная к постели и страдающая от постоянных болей, она начала рисовать, чтобы отвлечься. Вскоре она решит показать свои работы признанному мексиканскому художнику Диего Ривере – и вместе с его одобрением встретит величайшую любовь в своей – и его – жизни.
Роман Клэр Берест – это история двух далеко не идеальных людей, в которой есть всё: и яркие оттенки страсти, и темные цвета предательства и разочарования. Но среди них черного нет и не будет – как не будет конца горько-сладкой любви Фриды Кало и Диего Риверы.
На русском языке публикуется впервые.
Себастьян Мур нарушил каждое данное ей обещание, но всякий раз, стоит закрыть глаза, Марфиль слышит в голове только его голос:
«ОН МОЙ ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ.
Я ЕГО ПОДОПЕЧНАЯ».
Сможет ли Марфиль простить ложь, оставить прошлое позади и прислушаться к своему сердцу?
Он художник. Его жену зовут Стелла. Ей всегда кажется, что на его рисунках не хватает белого, не хватает света. А он считает, что наоборот, нужно добавить черного.
В ноябре он получает заказ — проиллюстрировать «антологию страха»: 15 черно-белых рисунков с виньетками. «В этот раз доминанта будет черной», — говорит он и отправляется работать. Но дома ничего не выходит: слишком много света, не спасают задернутые шторы и выключенный свет. И тогда Стелла предлагает мужу поехать на виллу ее тетки, поработать в меблированной мансарде. И он уезжает — рисовать тьму.
Роман можно охарактеризовать как социальную драму. Время действия — сегодня. Место — небольшой подмосковный городок, работавший когда-то на градообразующем предприятии — деревообрабатывающем комбинате. Затем рейдерский захват, перепрофилирование на выпуск «химии». Новый хозяин, некто Осевкин, бывший бандит, подчинивший себе не только предприятие, но и весь городок, уже полгода не платит своим работникам зарплату. Страх и безволие царят среди жителей городка. Однако конфликт назрел, но проявился он всего лишь в написании на стенах частных гаражей и стене комбината угрозы в адрес хозяина, что если тот не заплатит, то… В это же время на комбинат приезжает «ревизор» от истинных хозяев комбината, обосновавшихся на Западе. В конфликт так или иначе втянуто много людей. С одной стороны — небольшая группа работников, в том числе небольшая группа подростков; с другой — хозяин и его наемники. Конфликт приводит к трагедии. Предоставляю самим читателям домыслить, чем все может закончиться, полагая, что только время все расставит по своим местам. Имеется ли аналог моего романа в нашей современной литературе? Не знаю: не встречал. Если заглянуть в классику, то, с определенными оговорками, его можно поставить рядом с романом Горького «Мать».
Автор
Человечество тысячелетиями тянется к добру, взаимопониманию и гармонии, но жажда мести за нанесенные обиды рождает новые распри, разжигает новые войны. Люди перестают верить в благородные чувства, забывают об истинных ценностях и все более разобщаются. Что может объединить их? Только любовь. Ее всепобеждающая сила способна удержать человека от непоправимых поступков. Это подтверждает судьба главной героини романа Юрия Луговского, отказавшейся во имя любви от мести.
Жизнь однажды не оставляет ей выбора, и студентка исторического факультета МГУ оказывается в лагере по подготовке боевиков. А на тропе войны — свои законы, там нет места чувствам и цена человеческой жизни ничтожна. Порой слишком поздно осознаешь, что всего лишь исполняешь роль в чужой адской игре.
Майор Марк Григорьевич Спивак приехал в Ригу в отпуск. Он снял комнату в частном доме и тихо в ней поселился.
У Марка Григорьевича была странность: он любил звонить по телефону женщинам.
© Ny
О чем эта книга?
Может, о силе? Заставляющей совершать неисполнимое. Неисполнимое ни для человека, ни для ангела…
Может, о страхе. Страхе, когда кажется, что вот сейчас ты потеряешь самое дорогое, самое ценное твоему сердцу. «Я не мог лишить себя удовольствия послушать, как ты изливаешь свое горе, посмотреть, как отчаянно ты бежишь, пытаясь убежать от самой себя. Это было прекрасно!»
Или о боли. О боли, которая ищет, что еще не убито, не истерзано, не замучено, чтобы добить до конца. Выискивая и не находя, но повторяя свои удары снова и снова. «Тело передергивалось, точно от удара током, создавая при этом резкую, колющую боль, которой я была безумно благодарна, потому что на целых две секунды сознание покидало меня».
О желании? «Энергия зла дарила удовольствие, она воплощала в себе грех, но я никогда не считала удовольствие грехом».
О жестокости? «Он страдал, и я упивалась его страданием. Когда-то я предупредила его, что ему может быть еще больнее. Я была честна с ним и считаю, что сделала для него одолжение».
О потере ценностей? «Умение жить, не поддаваясь своим эмоциям, – это самое лучшее, что может иметь человек, и единственное, за что стоит бороться». «Холодный рассудок и голый расчет на самом деле прекрасные предпосылки для жизни. Я вот выживаю только благодаря им».
О любви… «Что бы я делал, если бы тебя вдруг не стало?» «Даже после смерти я буду помнить тебя, потому что нельзя стереть из памяти такой голос, которым ты говоришь, такое дыхание, которым ты дышишь, такой взгляд, которым ты смотришь».
«Вселенная велика и бесконечна. Ее сила так же не имеет границ, как и ее пространство».
Галина Юзефович (сайт «Медуза»):
«…Роман… относится к категории настоящей, профессиональной литературы, написанной одновременно очень осознанно и рефлексивно — что называется „от головы“ и вместе с тем совершенно по-честному, без прагматичного (и почти всегда бесплодного) заигрывания с читателем. Название наводит на мысли о фэнтези, но это не так: „Чернокнижник“ — это одновременно и история про 90-е годы в духе „Журавлей и карликов“ Леонида Юзефовича или „Крепости сомнения“ Антона Уткина, и классический сюжет о „проклятой книге“ с историческими интерлюдиями, и угарный наркоманский галлюциноз.
1994 год, Борис Горелов, 38 лет, наркоман, сидящий на „винте“, неполное высшее, место рождения — Харьков, три „ходки“ (мошенничество, еще раз мошенничество, наркотики), откидывается с зоны и возвращается в неродную, но любимую Москву. В поисках ночлега Борис оказывается в здании бывшего Института марксизма-ленинизма, где знакомится с загадочным Константином Киприадисом, президентом „Илионского фонда содействия русской культуре“. Киприадис предлагает Горелову работу, которая, однако, на поверку довольно быстро оказывается стандартной подставой. Илионский фонд продает краденые из библиотеки института драгоценные антикварные книги, и судимый Горелов нужен Киприадису в качестве разменной пешки — чтобы сесть вместо него в тюрьму, если афера вскроется. Вовремя раскусив своего патрона, герой решает перехватить у Киприадиса инициативу и лично поторговать ворованными раритетами. С этой точки начинается путь, который последовательно приведет Горелова к немыслимому взлету, полнейшему краху и через него — к духовному преображению. Начавшись с голого меркантильного расчета, отношения Горелова с книгами (и особенно с одной книгой — первым изданием „Утопии“ Томаса Мора) трансформируются в причудливое духовное послушничество, в отрешенное и едва ли не безумное им служение».
Таинственное дело пастора Иоганна Георга Тиниуса — блестящего интеллектуала, в 1813 году представшего перед судом за убийство пятерых человек, — так и осталось, в сущности, нераскрытым.
Почти двести лет спустя мюнхенский библиофил Фальк Райнхольд, в руки которого случайно попала биография Тиниуса начинает собственное расследование…
Он уверен — ключ к разгадке случившегося надо искать в книгах пастора.
В книгах, являющих собой мостик, перекинутый от реального мира к миру другому…
Таинственное дело пастора Иоганна Георга Тиниуса — блестящего интеллектуала, в 1813 году представшего перед судом за убийство пятерых человек, — так и осталось, в сущности, нераскрытым.
Почти двести лет спустя мюнхенский библиофил Фальк Райнхольд, в руки которого случайно попала биография Тиниуса начинает собственное расследование…
Он уверен — ключ к разгадке случившегося надо искать в книгах пастора.
В книгах, являющих собой мостик, перекинутый от реального мира к миру другому…
Написано сразу после окончания повести «Когда иней тает» в 1950 г. Впервые — в книге «Чернушка» (1950) вместе с повестями «Дикая птица» и «Фокер». Последняя работа Станева на анималистическую тему.
Написано сразу после окончания повести «Когда иней тает» в 1950 г. Впервые — в книге «Чернушка» (1950) вместе с повестями «Дикая птица» и «Фокер». Последняя работа Станева на анималистическую тему.
Черные ангелы в белых одеждах" - третий роман тетралогии писателя, куда входят также романы "Карусель", "Поцелуй сатаны"
и "Дети ада".
Как и предыдущие романы автора, эту книгу отличает острый сюжет и драматические коллизии, происходящие с героями в последние годы жизни нашего общества.
Есть грозное и величественное предание, которое хранит церковь. Если на Гроб Господень в Иерусалиме на праздник Пасхи сходит Небесный огонь – мир сей простоит еще, по крайней мере, текущий год. Но год, который будет отмечен тем, что Огонь не сойдет на Гроб… это и будет срок Битвы. Последней… той, о которой сказано в Откровении Иоанна. Однажды нисхождения Огня не произойдет. И это будет последнее предупреждение, последний призыв от Бога – покаяться. Как это воспримет мир? Придет в ужас? Ударится в повальную панику? Придумает какое-нибудь «объяснение» или подлог и снова примется обманывать себя, но уже «танцуя на самом краю»? Или, все-таки… Ярослав Астахов, автор «Крушения Лабиринта», мистического романа о глубинах прошлого, теперь устремляет взгляд в будущее. Возможно, что в уже недалекое.