Современная проза о киевлянах и москвичах. О нашей жизни, полной ярких событий, доходящих, порой, до абсурда. Героиня рассказов – обычная киевлянка.В трагичном она видит смешное. Потому как феерически воспринимает жизнь и считает ее самым ярким приключением.Тема книги до боли знакома нашему многострадальному народу: любовь, ревность, зеленая жаба зависти, жажда наживы, чувство справедливости и естественное стремление каждого человека к счастью.Написано легко, живо, вкусно.Книга оптимистична и преисполнена любви.

«Кто мы?Праздный вопрос.Естественно, что мы знали изначально: мы воины, и нас взрастили, нас создали для завоеваний. Но тот, кто нас строил, равнял, заставлял держать строй, считал несколько иначе. Он кричал, царапая нас своим колючим, безжалостным взглядом:– Вы – никто! Вы – пустое место! Полные, тупые ничтожества, имя которым – Серость и Убогость. И останетесь таковыми, пока не научитесь держать строй, пока не научитесь вставать монолитной стеной против несущейся на вас лавины полного забвения! И я вас научу! Я вас заставлю любить жизнь! Вы у меня станете бороться за каждый глоток воздуха!..»

«…Федор встал, подошел к платформе поближе и поинтересовался:– Кто, откуда, зачем?Голос у него глубокий, вызывающий уважение. Да и сам он рослый, рыжий, широкоплечий. Бугор – одним словом.– Португальская журналистка Шила Белура.В послышавшемся из платформы голосе и в самом деле слышался легкий иностранный акцент. Голос был интересный, сексуальный…»

В постапокалиптичном и высокотехнологичном мире будущего всё как у нас: глобальные проблемы, надоедливые продавцы и суперавто. Вот только последние отнюдь не бездушные механизмы, какими их принято считать. Вернее, были такими раньше. Война с авто, которые прознали об этом и посчитали людей тиранами, давно закончилась – но не для всех. И обычный посетитель автосалона может оказаться совсем не тем, кем кажется на первый взгляд, а о его намерениях неизвестно ни одному человеку…

«Мы, жители большого города, не слишком ценим одну удивительную возможность, которая предоставлена нам: в любой день каждый из нас может побывать в зоологическом саду.Мы в центре города.Десять минут езды на трамвае отделяет нас от фантастического мира. Причем этот мир, не имеющий ничего общего с городом, находится как раз там, где город проявляется в своих самых ярких формах…»

«Океан с высоты был голубым-голубым, сочным, как на детском рисунке – когда в стилке можно выбрать любой цвет, краска щедро льется на бумагу, и вот уже волны, и вот уже глубины, и вот уже глаз режет…»

На примере собственной семьи писатель Дэвид Седарис перечисляет неприглядные приметы процесса, превращающего нормальных людей в ценителей искусства.

Американский писатель Дэвид Седарис разделяет человечество на тех, кто с отвращением рассматривает в зеркале собственную, перекошенную от жадности и измазанную шоколадом физиономию, и тех, кто сидит в кресле и смотрит телевизор.

Американский писатель Дэвид Седарис разделяет человечество на тех, кто с отвращением рассматривает в зеркале собственную, перекошенную от жадности и измазанную шоколадом физиономию, и тех, кто сидит в кресле и смотрит телевизор.

«В субботу, за завтраком, мама вдруг объявила:– Сегодня мы идем в гости!У Татьяны на день были свои планы, у Мишки – свои. Услышав об этом, мама расстроилась, даже возмутилась…»

Рассказы журнала «Иностранная литература» № 8, 1968

Журнал «Искатель» 1961 г., № 1, стр. 116–125Это первый номер знаменитого журнала.

«Когда-то, давно-давно, старая няня, укачивая меня, рассказывала сказку про муху-бабуху и мышь-говоруху…»

«Дабы читатель, коли нечем на досуге заняться, лучше представил себе моё отношение к матери, ему необходимо знать, что мать для меня не один человек, а два. Мюша и Нюша. Разобраться, кто есть кто, несведущему человеку трудно; я помогу. Мюша добрая, Нюша злая. Позовет меня ласково: «Ракуша», «Ракушечка», «Ракушок», «Ракондакока», – Мюша. А сурово крикнет: «Ракло!», да ещё присовокупит какое-нибудь прилагательное пожестче, – Нюша…»

Дэвид Седарис явно стоит особняком среди авторов современных бестселлеров в категории "Художественная литература". Писателем Дэвид Седарис стал в сорок лет, но его дебют в жанре юмористической прозы быстро принес ему успех. В 2001 г. журнал "Тайм" признал Седариса юмористом года, а в 2004 его книга "Одень свою семью в вельвет и коттон" поднялась на первую строчку списка "Нью-Йорк таймс". Сборник "Нагишом" состоит из семнадцати историй, написанных от первого лица. Умение подметить необычное и смешное в заурядных на первый взгляд ситуациях делает литературную манеру Седариса неповторимой.

«Некогда жил в Индии один владелец кофейных плантаций, которому понадобилось расчистить землю в лесу для разведения кофейных деревьев. Он срубил все деревья, сжёг все поросли, но остались пни. Динамит дорог, а выжигать огнём долго. Счастливой срединой в деле корчевания является царь животных – слон. Он или вырывает пень клыками – если они есть у него, – или вытаскивает его с помощью верёвок. Поэтому плантатор стал нанимать слонов и поодиночке, и по двое, и по трое и принялся за дело…»

«Большой толстый Мартин грустно вздыхает.Бывший советский ДК с белыми «партийными» шторами, над сценой золотые буквы «Искусство принадлежит народу».Молодой тренер в желтой майке «строит» группу танцоров, они стоят к нему лицом, кругом, поддерживая руками спины. Все в черном – как в трауре…»

«Надежда умирает последней. Но умирает. Такого я не мог представить себе даже в самом гнусном настроении. Безнадежно. Кот не в состоянии повлиять на мозги человека, производительность которых не соответствует размерам его неповоротливого тела. Тусклое мышление прямоходящих не поддается развитию. Если вообще им доступно мышление. За несколько лет, проведенных вместе, меня неоднократно посещали сомнения относительно их разумности, но после сегодняшнего инцидента все стало ясно как день, и надежды повержены в прах. Дальнейшее пребывание в опасной близости с двуногими олигофренами помутит хрустальное зеркало моего интеллекта, притупит сверкающие грани рассудка, или, как минимум, существенно замедлит его развитие. Нужно уйти. С единственной целью – передать потомкам бесценные знания и опыт, заключенные в крупном алмазе моего мозга. Этот сверкающий бриллиант обязан попасть к тому, кто воздаст ему должное…»