How do you convince men to charge across heavily mined beaches into deadly machine-gun fire? Do you appeal to their bonds with their fellow soldiers, their patriotism, their desire to end tyranny and mass murder? Certainly—but if you’re the US Army in 1944, you also try another tack: you dangle the lure of beautiful French women, waiting just on the other side of the wire, ready to reward their liberators in oh so many ways.That’s not the picture of the Greatest Generation that we’ve been given, but it’s the one Mary Louise Roberts paints to devastating effect in What Soldiers Do. Drawing on an incredible range of sources, including news reports, propaganda and training materials, official planning documents, wartime diaries, and memoirs, Roberts tells the fascinating and troubling story of how the US military command systematically spread—and then exploited—the myth of French women as sexually experienced and available. The resulting chaos—ranging from flagrant public sex with prostitutes to outright rape and rampant venereal disease—horrified the war-weary and demoralized French population. The sexual predation, and the blithe response of the American military leadership, also caused serious friction between the two nations just as they were attempting to settle questions of long-term control over the liberated territories and the restoration of French sovereignty.While never denying the achievement of D-Day, or the bravery of the soldiers who took part, What Soldiers Do reminds us that history is always more useful—and more interesting—when it is most honest, and when it goes beyond the burnished beauty of nostalgia to grapple with the real lives and real mistakes of the people who lived it.

In a little-known episode at the height of World War I, President Woodrow Wilson dispatched thousands of American soldiers to Siberia. Carl J. Richard convincingly shows that Wilson’s original intent was to enable Czechs and anti-Bolshevik Russians to rebuild the Eastern Front against the Central Powers. But Wilson continued the intervention for a year and a half after the armistice in order to overthrow the Bolsheviks and to prevent the Japanese from absorbing eastern Siberia. As Wilson and the Allies failed to formulate a successful Russian policy at the Paris Peace Conference, American doughboys suffered great hardships on the bleak plains of Siberia.Richard argues that Wilson’s Siberian intervention ironically strengthened the Bolshevik regime it was intended to topple. Its tragic legacy can be found in the seeds of World War II—which began with an alliance between Germany and the Soviet Union, the two nations most aggrieved by Allied treatment after World War I—and in the Cold War, a forty-five year period in which the world held its collective breath over the possibility of nuclear annihilation.One of the earliest U.S. counterinsurgency campaigns outside the Western Hemisphere, the Siberian intervention was a harbinger of policies to come. Richard notes that it teaches invaluable lessons about the extreme difficulties inherent in interventions and about the absolute need to secure widespread support on the ground if such campaigns are to achieve success, knowledge that U.S. policymakers tragically ignored in Vietnam and have later struggled to implement in Iraq and Afghanistan.

XX столетие не зря окрестили «ВЕКОМ АВИАЦИИ» – всего за сто лет она прошла колоссальный путь от первых робких полетов, продолжавшихся считаные минуты, до полного господства в воздухе и статуса новой «Богини войны». Каким образом произошло это превращение из вспомогательного рода войск в определяющий фактор боевых действий? Как удалось создать совершенный механизм «воздушного блицкрига» – несмотря на то что сами немецкие асы считали воздушную поддержку танков Гудериана второстепенной задачей, мешавшей им вести «правильную» войну? Почему так краток оказался век пикирующих бомбардировщиков? Кто побеждает в вековом противостоянии ВВС и ПВО? И что позволяет боевой авиации сохранять господство над полем боя даже в эпоху ЗКР, ядерного оружия и межконтинентальных ракет?Прослеживая всю историю ВВС от первых «небесных тихоходов» до новейших боевых комплексов пятого поколения, ведущий военный историк определяет скрытые закономерности и возможные альтернативы, главные уроки прошлого и прогнозы на будущее.Книга также выходила под названием «XX век ВВС. Война авиаконструкторов».

XX столетие не зря окрестили «ВЕКОМ АВИАЦИИ» — всего за сто лет она прошла колоссальный путь от первых робких полетов, продолжавшихся считанные минуты, до полного господства в воздухе и статуса новой «Богини войны», а авиаконструкторы стали ее «жрецами». Каким образом произошло это превращение из вспомогательного рода войск в определяющий фактор боевых действий? Какие революции пережила авиация за минувший век, ставший самым кровавым в человеческой истории? Кто побеждает в вековом противостоянии ВВС и ПВО? Что позволяет военно-воздушным силам сохранять господство над полем боя даже в эпоху ЗРК, ядерного оружия и межконтинентальных ракет? И чьи авиаконструкторы внесли наибольший вклад в ожесточенную вековую борьбу за превосходство в воздухе?Прослеживая всю историю боевой авиации от первых «небесных тихоходов» до новейших боевых комплексов пятого поколения, ведущий военный историк определяет скрытые закономерности и возможные альтернативы, главные уроки прошлого и прогнозы на будущее.Книга также выходила под названием «XX век авиации».

Главная книга ведущего историка флота. Самый полемический и парадоксальный взгляд на развитие ВМС в XX веке. Опровержение самых расхожих «военно-морских» мифов – например, знаете ли вы, что вопреки рассказам очевидцев японцы в Цусимском сражении стреляли реже, чем русские, а наибольшие потери британскому флоту во время Фолклендской войны нанесли невзорвавшиеся бомбы и ракеты?Говорят, что генералы «всегда готовятся к прошедшей войне», но адмиралы в этом отношении ничуть не лучше – военно-морская тактика в XX столетии постоянно отставала от научно-технической революции. Хотя флот по праву считается самым высокотехнологичным видом вооруженных сил и развивался гораздо быстрее армии и даже авиации (именно моряки первыми начали использовать такие новинки, как скорострельные орудия, радары, ядерные силовые установки и многое другое), тактические взгляды адмиралов слишком часто оказывались покрыты плесенью, что приводило к трагическим последствиям. Большинство морских сражений XX века при ближайшем рассмотрении предстают трагикомедией вопиющей некомпетентности, непростительных промахов и нелепых просчетов. Но эта книга – больше чем простая «работа над ошибками» и анализ упущенных возможностей. Это не только урок истории, но еще и прогноз на будущее.

Year Zero vividly describes the apocalyptic downfall of the Nazi state in Berlin and the subsequent quadripartite occupation of the shattered capital by the Allied powers. This is a powerful story of victims, bystanders, persecutors, opportunists, heroes and villains.

Meticulously researched and rich in historical detail, Year Zero draws on searing eyewitness accounts and archive material to provide a gripping narrative of the Wagnerian climax in Hitler’s capital and the dramatic political, social, cultural and economic changes which occurred in the city during its first year under occupation.

The author David McCormack works as a battlefield guide and historian. Previous publications include As the Cherry Blossom Falls: Japan at War 1931–45 and The Berlin Battlefield Guide: Part 1 — The Battle of the Oder-Neisse.

С.А. ЭкштутЗакат империи От порядка к хаосуМосква ВЕЧЕ2012В начале нового, 1917 года вес население России - искушенный политик и опытный финансист, рабочий и крестьянин, боевой офицер и обычный российский обыватель - надеялось, что наступивший год принесет наконец мир, спокойствие и стабильность. Однако реальная российская действительность находилась в очевидном противоречии с этими радужными надеждами. И каким бы чудовищным ни казалось нам сейчас то, что произошло в октябре 17-го, население страны уже было пси­хологически подготовлено к большевистскому экстремизму. Большевики лишь последовательно довели до логического конца ту экономическую политику, основные контуры которой были очерчены еще в годы Первой мировой войны. То самое неприятие буржуазных ценностей и личной от­ветственности, которое в течение нескольких поколений демонстрировало русское образованное общество, привело к тому, что русский интеллигент легко воспринял идею всепроникающего вмешательства государства во все сферы жизни общества - от снабжения населения продовольствием и топливом до государственного диктата в сфере культуры. Во многом последствия тех страшных событий мы наблюдаем и по сей день...

Nikolajs KūnsZelta aunāda. Sengrieķu mīti un varoņteikasStāsti par vēsturiNikolajs Kūns ir viens no XX gs. pirmās puses ievēro­jamākajiem padomju zinātniekiem — sengrieķu kultūras pētniekiem. Šajā grāmatā sakopoti viņa darbi — sen­grieķu mītu un teiku literāri pārstāstījumi. Vēl mūsu dienās lieto tādus teicienus kā «Tantala mokas», «Ahilleja papēdis», «strīda ābols», «Trojas zirgs», «Sīsifa darbs» un citus, kuru nozīme īsti saprotama tikai tad, ja zinām sengrieķu mītus un teikas. Sajā grāmatā sakopoti sengrieķu mīti un teikas padomju zinātnieka — grieķu kultūras pētnieka literārajā apdarē.2. izdevumsRiga «Liesma» 1985No krievu valodas tulkojis Gustavs LukstiņšNoskanējis grāmatu un failu ar attēliem papildinājis Imants LočmelisĪpašvārdu rakstību pārbaudījis Ābrams feldhūnsMāksliniece Ruta KreicaPriekšvārda Tulkojums latviešu valodā, izdevniecība «Liesma»,

История борьбы с коррупцией в высших эшелонах Советской власти начинается еще в 1919 г. Тогда Лениным была создана специальная комиссия, в которую вошли Сталин и Дзержинский, для расследования одного вопиющего дела о коррупции.Позже И. В. Сталину придется взять на себя основную тяжесть этой борьбы. В ней один за другим будут гибнуть его товарищи, падет верный соратник — Феликс Дзержинский… Но напрасно станут торжествовать высокопоставленные воры и лихоимцы, предчувствуя победу: Сталин уже подготовил силы для решающего удара, для великой чистки 1937 года!

Сотворение мифа о предводителе гуннов, знаменитом вожде Аттиле началось еще в древности, продолжалось в Средние века и, похоже, не завершилось и сейчас. Автор книги — известный специалист по социально- экономической истории, опубликовавший целый ряд исторических книг, в частности, по античности и эпохе Меровингов, предлагает читателю свою трактовку личности Аттилы. Здесь император выглядит не таким уж страшным и не столь плохим, как привыкли о нем думать. Прежде всего, автор ставит перед собой цель увлечь читателя своим рассказом об Аттиле. Пожалуй, книгу М. Бувье-Ажана можно отнести к историко-биографическому роману. Достоверно известные факты также достоверно излагаются в книге, а там, где автор ступает на зыбкую почву гипотез, опровергать его можно разве что предложив еще одну гипотезу…

Там воплотились в жизнь мечты российских либералов. Парламент, многопартийность, декларированные свободы, дружба с Англией и США. И получился из этого ад под бананами: полная зависимость от грабительских внешних сил, дикое неравенство, застойная нищета, массовые убийства сторонников независимости и справедливости.

Там воплотились в жизнь мечты российских либералов. Парламент, многопартийность, декларированные свободы, дружба с Англией и США. И получился из этого ад под бананами: полная зависимость от грабительских внешних сил, дикое неравенство, застойная нищета, массовые убийства сторонников независимости и справедливости.

В романе Михаила Булавина описываются одни из самых катастрофических действий Гражданской войны - тяжелейших и ожесточенных боях Красной Армии против Добровольческой армии в 1919 году

О Леониде Ильиче Брежневе, правившем страной ровно 18 лет, написано немало в самых разных жанрах. Однако новая книга известного историка и писателя Сергея Семанова, несомненно, привлечет внимание в этом ряду публикаций, прежде всего, своей оригинальностью. Автор показывает Брежнева, не впадая, как некоторые, в собирание сомнительных анекдотов. Как объективно свидетельствуют источники, Леонид Ильич был добрым человеком, любившим свою Родину и стремившимся дать благо своему народу. А все остальное — от лукавого.Теперь, на развалинах взорванного изнутри великого Советского Союза, многое в нашей давней и особенно недавней истории стало обнаженно очевидным. В частности, высокая оценка деятельности Леонида Ильича Брежнева, правившего половиной мира в течение восемнадцати лет — громадный срок по современным меркам! Теперь ясно, что его «царствие» для простого советского труженика, то есть для громадного большинства народа, было самым благоприятным временем во всем многострадальном XX столетии. Ни войн, ни революций. Ни голода, ни потрясений. Жизнь медленно, с перебоями, но улучшалась… Не правда ли, что Брежнева можно назвать правителем «золотого века»?

Нарушая все табу и запреты, эта сенсационная книга разоблачает главный миф «либеральной» тирании. Это — неудобная правда об истинных корнях расизма и «бремени белых», которое сейчас пытаются взвалить и на нас. Такую книгу никогда не издадут на «демократическом Западе». На эту тему не распространяется «свобода слова». Живи автор в «политкорректной» Америке — он не вылезал бы из судов, а какие-нибудь «черные пантеры» объявили бы на него настоящую охоту при полном попустительстве «либеральной общественности», которая привычно проклинает белый расизм, закрывая глаза на любые преступления черных расистов. Ведь, несмотря на все заклинания о «равных возможностях», США — расистское государство, в котором белое большинство подвергается дискриминации, имея куда меньше прав, чем «афроамериканцы»; смельчаков, выступающих против тоталитарной «политкорректности», сажают не реже, чем советских диссидентов, а в искусстве «промывания мозгов» и переписывания истории западная «демократия» даст сто очков вперед коммунистической диктатуре. Например, знаете ли вы, что все серьезные научные исследования доказывают неравенство рас? Известно ли вам, что 99 % африканских невольников были проданы в рабство соплеменниками и что чернокожий раб жил на плантации гораздо дольше и сытнее, чем оставшиеся в Африке? Говорили ли вам, что в армии «рабовладельческого» Юга сражались целые добровольческие дивизии индейцев, которых «прогрессивные» янки сгоняли с земель и истребляли под корень, а «реакционные» южане с ними дружили?

Этот подвиг был забыт на долгие двадцать лет — страна узнала о героях Брестской крепости лишь в начале 1960-х. Эта оборона стала символом стойкости и самопожертвования советского солдата. Именно здесь блицкриг дал первый сбой — по планам немецкого командования, на захват Брестской крепости отводились считаные часы, но ее гарнизон продержался более двух недель, а последние защитники продолжали сражаться до поздней осени 1941 года.Теперь эти факты общеизвестны — однако в истории Брестской крепости еще немало спорных моментов и «белых пятен», а вопросов куда больше, чем ответов. Почему немецкое нападение застало ее защитников врасплох? Зачем накануне войны из крепости был выведен практически весь гарнизон? Каковы были соотношение сил и потери сторон? И почему правду о «бессмертном гарнизоне» вычеркнули из народной памяти на два десятилетия?В новой книге популярного историка даны ответы на самые острые и «неудобные» вопросы. Это — первая полная летопись Брестской крепости, освещающая не только события 1941 года, но всю ее полуторавековую историю.

Для массового русскоязычного читателя и специалистов данное переиздание открывает доступ к книге, имевшей в Европе 19—20 ст. небывалый и шумный успех. Особая познавательная ценность и увлекательность произведения известного английского историка Джона Ричарда Грина (1837—1883) сохранились до наших дней. Его простой по восприятию и глубокий по содержанию рассказ об истории английского народа и британской империи органически дополнен иллюстрациями из европейских источников.