Идем в наступление
Зданович Гавриил Станиславович
Самоотверженно действовала в годы Великой Отечественной войны 203-я стрелковая Запорожско-Хинганская орденов Красного Знамени и Суворова II степени дивизия. Трудным, но славным был ее путь, протянувшийся от Сталинграда до западных границ нашей Родины. Именно этим событиям посвятил свои воспоминания Герой Советского Союза генерал-майор F. С. Зданович, более трех лет командовавший соединением. А между тем боевой путь 203-й не исчерпывается этим. Ей довелось участвовать в освободительном походе советских войск в Румынию, Венгрию, Чехословакию, а также вести бои в составе соединений, громивших Квантунскую армию. Отлично проявили себя в боях солдаты и офицеры 203-й. Семнадцать раз упоминалась дивизия в приказах Верховного Главнокомандующего. Более 16000 человек были удостоены правительственных наград, а 27 самых отважных стали Героями Советского Союза. Книга написана просто и доходчиво. Она рассчитана на широкий круг читателей
|
Идеология и филология. Т. 3. Дело Константина Азадовского. Документальное исследование
Дружинин Петр Александрович
Ленинград, декабрь 1980 года. Накануне Дня чекиста известному ученому, заведующему кафедрой иностранных языков, и его жене подбрасывают наркотики. Усилия коллег и друзей – от академиков Михаила Алексеева и Дмитрия Лихачева в Ленинграде до Иосифа Бродского и Сергея Довлатова в США – не в силах повлиять на трагический ход событий; все решено заранее. Мирная жизнь и плодотворная работа филолога-германиста обрываются, уступая место рукотворному аду: фиктивное следствие, камера в Крестах, фальсификация материалов уголовного дела, обвинительный приговор, 10 тысяч километров этапа на Колыму, жизнь в сусуманской колонии, попытка самоубийства, тюремная больница, освобождение, долгие годы упорной борьбы за реабилитацию…Новая книга московского историка Петра Дружинина, продолжающего свое масштабное исследование о взаимоотношениях советской идеологии и гуманитарной науки, построена на множестве архивных документов, материалах КГБ СССР, свидетельствах современников. Автору удалось воссоздать беспощадную и одновременно захватывающую картину общественной жизни на закате советской эпохи и показать – через драматическую судьбу главного героя – работу советской правоохранительной системы, основанной на беззаконии и произволе.
|
Идея истории
Коллингвуд Робин Джордж
Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».
|
Идиотка
Коренева Елена Алексеевна
Книгу Елены Кореневой отличает от других актерских мемуаров особая эмоциональность, но вместе с тем — способность автора к тонкому анализу своих самых интимных переживаний. Если вы ищете подробности из личной жизни знаменитостей, вы найдете их здесь в избытке. Название книги «Идиотка» следует понимать не только как знак солидарности с героем Достоевского, но и как выстраданное жизненное кредо Елены Кореневой.
|
Иеремия Бентам. Его жизнь и общественная деятельность
Левенсон П. Я.
Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф. Ф. Павленковым (1839–1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют ценность и по сей день. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия.
|
Иероним Босх
Баженов Владимир Михайлович
Самый загадочный художник Средневековья, творец кошмаров и человек с невероятным воображением – Иероним Босх всегда будоражил умы всех любителей живописи. Произведения его полны загадок, а частная жизнь и сейчас остается тайной за семью печатями. Босх – художник нетипичный в панораме нидерландской живописи и единственный в своем роде в европейской живописи XV века. Как трактовать его картины, откуда он черпал источники вдохновения, кем в действительности являются его герои? Приблизиться к разгадке тайны Босха поможет этот красочный мини-альбом, рассказывающий о жизни и творчестве мастера. |
Иерусалим
Сотников Владимир Михайлович
Владимир Сотников пишет всю жизнь, сколько себя помнит. Это не значит, что с самого детства он писал романы – но замечал, что мир подвержен его взгляду и просит творчества. Счастье для него – писать необходимые слова.
|
Иерусалим, Хайфа — и далее везде. Записки профессора психиатрии
Рицнер Михаил Самуилович
На пике карьеры психиатра и ученого автор эмигрировал с семьей в Израиль, где испытал крушение профессионального и социального статуса. Эта книга — откровенный рассказ о том, как пройти через культурный шок, выучить иврит и стать израильтянином, старшим врачом и заведующим отделением, профессором Техниона, редактором международного журнала и серии монографий.
|
Иерусалимские дневники
Эзер Михаил
Перед вами – «микроистория» событий, какими они видятся, чувствуются и осознаются с холмов Шомрона из небольшого квартала Кдумим Цафон в поселении Кдумим
|
Из "Разрозненных мыслей"
Байрон Джордж Гордон
|
Из «Воспоминаний артиста»
Виардо Поль
«Жизнь моя, очень подвижная и разнообразная, как благодаря случайностям, так и вследствие врожденного желания постоянно видеть все новое и новое, протекла среди таких различных обстановок и такого множества разнообразных людей, что отрывки из моих воспоминаний могут заинтересовать читателя…»
|
Из «Итальянского путешествия»
Гете Иоганн Вольфганг
«Эта книжечка, — писал Гете, — получит совсем особый облик именно оттого, что ее основу образуют старые бумаги, порожденные мгновением. Я стараюсь лишь самую малость что-либо менять в них: удаляю незначительные случайные высказывания и досадные повторения. Случается, правда, что кое-где, не в ущерб простодушной наивности, я лучше и подробнее излагаю какое-либо происшествие».
|
Из автобиографической книги "Воспоминания видят меня"
Транстрёмер Томас
Первый номер журнала за 2012 год открывает подборка стихов и прозы (несколько новелл из автобиографической книги “Воспоминания видят меня” (1993)) последнего (2011) лауреата Нобелевской премии по литературе шведа Тумаса Транстрёмера(1931). Один из переводчиков и автор вступления Алеша Прокопьев приводит выдержку из обоснования Нобелевским комитетом своего выбора: эти“образы дают нам обновленный взгляд на реальность”. Справедливо:“Смерть – это безветрие”. Второй переводчик – Александра Афиногенова.
|
Из американских встреч
Панова Вера Федоровна
Автобиографический цикл «Из американских встреч» должен был стать частью большой книги путевых очерков, но автор отказалась от этого замысла. Цикл дополнен неизданными записями из дневника «Москва — Париж — Нью-Йорк» (1960). Общее название сохранено по авторской публикации рассказов цикла в журнале «Новый мир» (1964. № 7).
|
Из бездны вод - Летопись отечественного подводного флота в мемуарах подводников (Сборник)
Автор неизвестен
|
Из берлинского гетто в новый мир
Либерман Мишкет
Книга М. Либерман является хорошим вкладом немецкой писательницы в дело формирования общих ценностей человеческого общения и общежития для всех стран социалистического содружества, в дело социалистической интеграции, укрепления дружбы и сотрудничества между народами СССР и ГДР, в дело разоблачения всевозможных антикоммунистических и антисоветских измышлений и небылиц западной и пекинской пропаганды. Особую роль в этом вкладе играют те разделы мемуаров, где рассказывается о трудной, но благородной работе германских антифашистов и коммунистов с немецкими военнопленными в Советском Союзе. Несмотря на все трудности, первые разочарования и сомнения, немецкие коммунисты вместе со своими единомышленниками? советскими друзьями глубоко верили в силу и жизненность революционных традиций германского рабочего класса, в революционные потенции немецких трудящихся.
|
Из блокнота Николая Долгополова. От Франсуазы Саган до Абеля
Долгополов Николай Михайлович
Писатель и журналист «Российской газеты», постоянный гость многих телепередач, написавший 13 книг о разведчиках, которые вышли и в серии «ЖЗЛ» и стали бестселлерами, на этот раз обратился к мемуарному жанру. В этой книге столько имен! Нигде больше не прочитать о том, что рассказывал ему отец о своих современниках Маяковском, Булгакове, Шостаковиче. Сам автор дружил с писателем Владимиром Максимовым и иллюзионистом Эмилем Кио, пианистом Эмилем Гилельсом, композитором Александром Цфасманом, актером Николаем Караченцовым, в Париже встречался с великой Франсуазой Саган. Работал в Иране и Франции, учился в Шотландии. В первые дни чернобыльской трагедии работал в 30-километровой закрытой зоне. А сколько встреч на тринадцати Олимпиадах! Получилась маленькая энциклопедия жизни советской эпохи и начала нынешней.
|
Из боевого прошлого (1917 - 1957)
Гордиенко Илья Митрофанович
|
Из боя в бой
Свистунов Иван Иулианович
Эта книга посвящена дважды Герою Советского Союза Маршалу Советского Союза К. К. Рокоссовскому.В центре внимания писателя — отдельные эпизоды из истории Великой Отечественной войны, в которых наиболее ярко проявились полководческий талант Рокоссовского, его мужество, человеческое обаяние, принципиальность и настойчивость коммуниста.
|
Из боя в бой
Иваненко Иван Порфирьевич
Партизанская борьба советского народа против немецко-фашистских захватчиков вошла в летопись Великой Отечественной войны как одна из ярких страниц. Она сыграла большую роль — оказала помощь Красной Армии в разгроме врага и освобождении оккупированной территории от гитлеровцев.Почетное место в освещении партизанской борьбы занимают мемуары. На основании личных воспоминаний непосредственные участники воссоздают картину героической эпохи, говорят с читателями от имени своего поколения.О самоотверженной борьбе народных бойцов, в рядах которых вместе с белорусами находились русские, украинцы, латыши, литовцы, грузины, армяне, представители других наций и народностей нашей необъятной Родины, повествует в своей книге «Из боя в бой» бывший подрывник отдельного диверсионного отряда «За свободу» 1-го Калининского партизанского корпуса, затем разведчик бригады имени И. В. Сталина Иван Порфирьевич Иваненко.В основу книги легли события, происходившие на стыке Белоруссии, РСФСР и Латвии, в освейско-россонском партизанском крае.Автор — непосредственный участник тех событий. Он ходил в разведку, на разгром вражеских гарнизонов, участвовал в засадах и открытых боях с гитлеровцами, выполнял задания в составе группы подрывников. Все видел своими глазами, все пережил, перечувствовал, а теперь нам, читателям, рассказывает об этом.Со страниц книги встают картины огненных лет, конкретные люди, боевые эпизоды. Автор показывает патриотизм партизан, их любовь к родной земле, верность социализму, молодой задор, бесстрашие в схватках с врагом, их смекалку, напористость. Много внимания уделяется подвигам рядовых партизан, юношей и девушек. И. П. Иваненко описывает их поступки в сложных ситуациях, умение выйти из очень трудных положений, победить врага. Раскрывает черты характеров, показывает людей не только в бою, но и в быту, в лагере в дружеских спорах.Книга «Из боя в бой» явится еще одним волнующим рассказом о бессмертных делах партизан, местных жителей в суровые годы войны.В. И. Лузгин, бывший член Витебского подпольного обкома КП(б)Б, секретарь подпольного обкома комсомола.
|