Семья собирается на файфоклок, устраиваемый местным священником, когда одна из двух взрослых дочерей считает нужным обсудить то, что говорят про другую дочь...

Рассказ «За чашкой кофе» вводит читателя в затхлый мирок сплетен и пересудов провинциального городка. Злобствующие сплетницы и интриганки, собравшиеся за чашкой кофе, обливают грязью женщину, осмелившуюся выбиться из колеи мещанской жизни, считающую горничную равным себе человеком. В образе Скалицкой читатель найдет черты, напоминающие Божену Немцову. (Ф. Боголюбова)

Рассказ «За чашкой кофе» вводит читателя в затхлый мирок сплетен и пересудов провинциального городка. Злобствующие сплетницы и интриганки, собравшиеся за чашкой кофе, обливают грязью женщину, осмелившуюся выбиться из колеи мещанской жизни, считающую горничную равным себе человеком. В образе Скалицкой читатель найдет черты, напоминающие Божену Немцову. (Ф. Боголюбова)

Книгу избранных произведений известного английского писателя Редьярда Киплинга (1865-1936) составили рассказы, повествующие о тяготах и буднях людей, создающих империю вдали от Старой Англии, овеянные в то же время загадочностью и экзотикой жизни колониального мира.

Рассказы Уильяма Тревора представляют яркую и самобытную страницу в истории англоязычного рассказа ХХ века. Тревор - признанный мастер динамичного, полного скрытой иронии диалога, ему свойственно соединение драматического и комического взгляда на мир.Первый сборник рассказов Уильяма Тревора на русском языке.Год издания: 1986Издательство: ИзвестияСерия: Библиотека журнала "Иностранная литература"Содержание: Столик (Перевод М. Зинде)Около колыбели (Перевод В. Харитонова)Отель "Ленивый месяц" (Перевод А. Медниковой)Танцзал "Романтика" (Перевод И. Левидовой)Сложный характер (Перевод М. Зинде)Любовники минувших лет (Перевод Н. Васильевой)За чертой (Перевод Н. Васильевой)

Арал Воркосиган има лични мотиви за избора на военна кариера. Но политическите интриги на Бараяр обезсмислят и най-достойните му постъпки. Разкъсван между честта и дълга, на него му предстои да участва в чудовищен заговор, който може да се окаже единственото спасение от коварния принц, готов да узурпира властта на умиращия император.

Предаден и изложен на смъртна опасност, Воркосиган среща жената, способна да го разбере и подкрепи, когато трябва да вземе най-важното решение в своя живот.

Арал Воркосиган има лични мотиви за избора на военна кариера. Но политическите интриги на Бараяр обезсмислят и най-достойните му постъпки. Разкъсван между честта и дълга, на него му предстои да участва в чудовищен заговор, който може да се окаже единственото спасение от коварния принц, готов да узурпира властта на умиращия император.Предаден и изложен на смъртна опасност, Воркосиган среща жената, способна да го разбере и подкрепи, когато трябва да вземе най-важното решение в своя живот.

В Одессе нет улицы Лазаря Кармена, популярного когда-то писателя, любимца одесских улиц, любимца местных «портосов»: портовых рабочих, бродяг, забияк. «Кармена прекрасно знала одесская улица», – пишет в воспоминаниях об «Одесских новостях» В. Львов-Рогачевский, – «некоторые номера газет с его фельетонами об одесских каменоломнях, о жизни портовых рабочих, о бывших людях, опустившихся на дно, читались нарасхват… Его все знали в Одессе, знали и любили». И… забыли?..Он остался героем чужих мемуаров (своих написать не успел), остался частью своего времени, ставшего историческим прошлым, и там, в прошлом времени, остались его рассказы и их персонажи. Творчество Кармена персонажами переполнено. Он преисполнен такой любви к человекам, грубым и смешным, измордованным и мечтательно изнеженным, что старается перезнакомить читателей со всем остальным человечеством.

В книгу известного писателя, популяризатора науки о русском языке, автора книг о войне, о Ленинграде вошли произведения, отражающие различные стороны его творчества. Это «За языком до Киева (Загадки топонимики)», повесть «Скобарь», рассказы, наиболее интересные материалы из эпистолярного наследия.ВНИМАНИЕ! Иллюстрации к файлу книги сделаны в альфа-каналах, поэтому в некоторых программах и устройствах для чтения, а также при конвертировании файла в другой формат могут не отображаться. При чтении на ПК в программах CR2 (cr2–00–65), CR3 (cr3–win–3–0–15), AlReader (AlReader2.win32.ru), FBReader (FBReader–0.12.10), Haali Reader (Haali Reader v2.0) иллюстрации отображаются корректно.

В книгу известного писателя, популяризатора науки о русском языке, автора книг о войне, о Ленинграде вошли произведения, отражающие различные стороны его творчества. Это «За языком до Киева (Загадки топонимики)», повесть «Скобарь», рассказы, наиболее интересные материалы из эпистолярного наследия.

В атеистичната литература книгите, които убедително и същевременно бляскаво и остроумно опровергават безсмислиците на Библията — основната „свещена“ книга на юдеите и християните, не са много. Една от тези бляскави и увлекателни книги е „Забавна библия“, написана от известния френски журналист атеист Лео Таксил. С непресъхващ хумор той разглежда последователно безсмислиците и противоречията на Библията. Друго достойнство на книгата е, че авторът подробно анализира библейските легенди. В книгата на Лео Таксил пропагандистът, който води атеистична пропаганда, ще намери богат материал. Руският превод на „Забавна библия“ е запазил живото и образно изложение, което характеризира френския оригинал. Книгата е илюстрирана с голям брой сатирични рисунки.На български език книгата се превежда за първи път от последното руско издание.

Князь Гавриил Петрович Гагарин (1745–1807) — видный политический деятель времен Екатерины II и Павла I — прожил интересную и бурную жизнь, сочетая увлечение масонством с государственной деятельностью, коммерческие занятия с изощренным развратом. Истовая религиозность уживалась в его душе с невероятным сладострастием.Поэзия Гагарина не без изящества, в стиле модного тогда рококо, повествует о нежной, но страстной любви. Однако наиболее ярко князь Гагарин проявил себя в философско-религиозных трудах.В последние годы жизни, замкнувшись в своем имении, он написал книгу покаяния «Забавы уединения моего в селе Богословском»: искреннее раскаяние в «грехах молодости» дает ему силы духовно очиститься и найти просветление через любовь к Богу.Все тексты книги впервые приходят к современному читателю, словно воскресая из сокровищницы библиофила.

Впервые напечатан в журнале «Голос», 1891, №№ 32–33. Рассказ был написан и послан в редакцию значительно раньше — в июле 1889 г. вместе с двумя другими рассказами («Собачий долг» и «Любовное письмо»), которыми писатель хотел открыть цикл «Из дневника». В 1889 г. в «Голосе» был напечатан только искаженный цензурой «Собачий долг». «Любовное письмо» не было пропущено и не сохранилось, о «Забвении» Жеромский писал в дневнике, что «при новом цензоре, может быть, пройдет» (запись от 23 января 1890 г.).В «Забвении» использованы многочисленные наблюдения, сделанные писателем за годы его «гувернерских странствований». Так, проводя лето 1887 г. в доме помещика Цыпрысинского в Шульмеже Плоцкой губ., Жеромский 29 июля записал в дневнике следующую сцену, разыгравшуюся в доме его работодателя:«Мы сидим за кофем, когда пану Ц. докладывают, что его ждет в кабинете какая‑то женщина. Он выходит, оставив дверь открытой. В ноги ему бросается крестьянка, с плачем целует его колени, рыдает:— Смилуйся, вельможный пан! Смилуйся, вельможный пан!— Что такое? В чем дело?— Я жена Поплавского, который в острог идет…— За то, что крал у меня лес?— Да…— Гм, так что же вы хотите?— Погорели мы сегодня, вельможный пан.— Гм, значит, это вы погорели?— Мы, вельможный пан.— Что же у вас сгорело?— Рига и хата — один сарай остался.— Гм, сарай остался. Так чего же вы хотите?— Смилуйся, вельможный пан! Коли заберут его в острог, пропаду я с детьми.— Гм… А зачем же он крал?— Смилуйся…— Почему ж он не пришел просить прощения?— Да он говорит: пойду иль не пойду, все равно пан меня сгноит.— Гм… Наказание должно быть, понимаешь, без этого нельзя. Если б люди без зазрения совести друг друга грабили, не было бы порядка на свете. Ничего, посидит в тюрьме — не будет красть.— Вельможный пан! Дети с голоду помрут. Кто в поле управится? Где жить? Все сгорело…— Ничего не поделаешь, должна быть справедливость. Ничего не поделаешь, дорогие мои… Не прощу.— Вельможный пан! Вельможный пан!Слышен стук — это женщина упала на колени, плач и фальцет барина:— Ничего не поделаешь, дорогие мои, ничего не поделаешь».В Курозвенках, имении пана Попедя, писателю случалось наблюдать различные проявления панского гнева:«Вчера, когда возили снопы с поля, пошел проливной дождь. Это привело в ярость «ясного пана». Он поскакал верхом в поле и, обнаружив спрятавшегося под снопом конюха, начал его бить. Бил хлыстом, кулаком, между глаз, свалил на землю, топтал ногами, бил каблуками по лицу. Уходил и снова возвращался к лежащему и бил, бил. Ничего нет удивительного — шел дождь, и ясный пан впал в гнев… Не миновать этому ясному пану петли и сука!» (Запись в дневнике от 10 августа 1888 г.)На русском языке рассказ был напечатан в журнале «Новое слово», 1896, № 2, перевод В. Зеленевской.